«Во! Это то, что нужно! Беру по любому.» Куда только теперь это все слаживать. И тут мне неожиданно стало очень стыдно. Я сидел, посреди сотен мертвых тел, и обворовывал их, и при это совсем не чувствовал угрызения совести. Даже тошнить меня перестало. Щеки налились румянцем, от стыда и смущения. Я посмотрел на кучку того добра, что я сложил и неожиданно, даже для себя, сказал:
– Простите меня! Мне безумно жаль всех вас! Всех даже орков. Но без ваших вещей, я скорее всего, в скором будущем присоединюсь к вам. А этого мне совсем не хочется. Простите!
Поднявшись с колена, а именно на нем я стоял, когда просил прошения, я пошел прямиком к четырем телегам, стоявшим в центре, пробравшись сквозь горы тел, именно горы. По всей вероятности, здесь полегла большая часть орков. Воинов эльфов, тоже было не меньше сотни. За мечниками находилось последнее кольцо обороняющихся. Это так же были лучники, только в серебристой одежде, под куртками у них были надеты тоненькие, тоньше волосинки, кольчуги. И вооружены они, в отличие от других лучников, были не только луком, а также длинным мечем похожем на Катану.
Опустившись рядом с одним из этих лучников, я вгляделся в его лицо. Нет, мне не показалось, оттенок кожи был и вправду не много сероват, а раскраска на лице, была похожа на боевую раскраску американских индейцев. Видимо это две разные расы эльфов. Я засунул руку за пазуху лучнику и не нашел там того, что искал, зато нашел, кое-что другое. Быстро отдернув руку и снова покраснев, я поднялся на ноги. Блин – это женщина! Не хорошо, получилось. Я машинально вытер руку об штаны и сделал шаг в сторону, зацепившись нагой за чью-то окровавленную руку. Я дернулся, но рука держала меня за ногу и не отпускала. Наклонившись и взглянув в лицо того, кому принадлежала рука, я понял, что это тоже женщина, и она была еще жива. Быстро оглядев ее, я заметил, что ее кольчуга была пробита с боку копьем, кусок того обломанного копья все еще торчит из раны.
– Лежи спокойно! Сейчас мы что не будь, придумаем!
Обернувшись, я подхватил один из лежавших неподалеку мешочков и поднес к ней.
– Это лекарство? Оно сможет тебе помочь?
Вместо ответа она просто моргнула глазами. Долго меня уговаривать не пришлось. Пробка, словно сама, выскочила из мешочка и густая, плохо пахнущая жидкость, полилась ей в рот. Я еще раз оглядел рану.
– Вытаскивать обломок нельзя ты истечешь кровью. Я не знаю, что еще здесь можно сделать, я ведь не доктор.
– Мне уже не помочь. – Хриплым голосом ответила она, и струйка крови вытекла из уголка ее рта.
– Тогда что я могу для тебя сделать? – Банальный конечно вопрос, но тогда ничего более умного мне в голову не пришло. Я паниковал и не знал, что мне делать.
– Мы не смогли. – Еле слышно сказала она. – Не смогли защитить.
Её глаза странно забегали, из стороны в сторону, словно она что-то искала и не могла найти.
– Она такая одинокая. Найди её! Защити! – Глаза у нее стали медленно закрываться, видимо разговор отобрал у неё последние силы.
– Подожди не засыпай. – Просил я. – Не нужно спать. О ком ты говоришь? Кого нужно найти?
Ответа не было. Её рука безжизненно опустилась на землю и осталась лежать, не подвижно. Мне её было по-настоящему жаль. Ком подступил к горлу, но слезы я сдержал. Ведь все-таки я мужчина. А мужчины не плачут.
«Её нужно похоронить.»– Дал я сам себе указания. Сначала нужно придумать, как это сделать. А пока, как это не прискорбно, нужно осмотреть телеги. Такая смена настроения меня не порадовала, но я ведь здесь был именно за этим. Как говорили в каком-то фильме, которого я не помню: «Не мы такие жизнь такая». И сейчас эта фраза подходила на все сто процентов. Я бросил последний взгляд на несчастную женщину. И не знаю зачем, поднял и вложил ей в руки лук. Так будет правильно, решил я и полез к телегам.
Теперь я пробирался осторожнее, вглядываясь в лица лежащих здесь воинов. Надеясь найти еще, хоть одного живого. Но, к сожалению, таких больше не было. Когда я добрался до места назначения, я был похож на самого настоящего мясника. Руки, ноги и даже живот были перепачканы чужой кровью. Это было жуть как противно, но по-другому туда было не добраться. Телеги были завалены телами, практически по самые борта. Поэтому взобраться на них не составило большого труда. На телегах, как-то почти в обнимку, лежали тела трех магов. Не ран от ударов, не торчавших в них стрел, ничего не было. Причина их смерти была мне неизвестна. Лишь гримасы боли застыли на их безжизненных лицах. От этого мне стало как-то совсем не по себе. Передернув плечами, я стряхнул с себя нахлынувшие чувства и обратил внимание на лежавшие в повозках вещи. Там лежало множество тюков, разных по размеру, и все они были плотно набиты какими-то вещами.
Ну что ж преступим! Присев возле одного из тюков, я развязал стягивающий его шнур и взглянул на содержимое.
– Ну, наконец-то. – С облегчением вырвалось у меня.
