Наевшись, я вновь прислонился к тому же дереву и глаза сами собой закрылись. Сон, как говориться, лучшее лекарство для израненного тела. И с этим я спорить не стал. Снилась мне всякая чушь, не как не связанные между собой, какие-то обрывки изображений и фраз. И продолжалось это до тех пор, пока не стал звонить будильник. Просыпаться не хотелось, но настырный будильник все выл и выл, и как-то так настырно выл, протяжно. С трудом, открыв слипшиеся глаза, я огляделся по сторонам, ища взглядом надоедливый будильник, но он никак не хотел находиться.
– Да где же он? – Окончательно проснувшись, задал я вопрос. Но никакого будильника, на самом деле, не было. И тут до меня на конец-то дошло: «Волки! Их только мне не хватало.» Усталость как рукой сняло, ну как сняло, большую её часть. Благо ветки на дереве были расположены достаточно низко, и взобраться на них не составляло особого труда. Волки, а их было около семи особей, не заставили себя долго ждать. Окружив моё дерево, они стали ходить вокруг него кругами, подвывая и скаля зубы.
– Вас мне только тут не хватало. Пошли вон отсюда! А то сейчас слезу и покусаю вас всех! – кричал я. Как не странно, запугивание на волков совершенно не действовали. Не помогал ни злой голос, ни страшные гримасы, которые я корчил сидя на дереве.
– Да уж, картина репина приплыли. И что мне с вами теперь делать? – Вопрос с множеством неизвестных. Причем с множеством голодных неизвестных. Так я сидел на дереве и размышлял: почему я не птица, почему не летаю? Спать, все равно, мне больше не хотелось. Хотелось правда в туалет. Выпитая, накануне в изобилии вода, искала выход. И она успешно его нашла, прямо на головы бродивших внизу хищников.
Утро наступило, принеся с собою утреннею прохладу. Меня это совсем не радовало, из-за отсутствия какой-либо видимой одежды. Волки никуда не делись, даже с наступлением светлого времени суток. Им было абсолютно все равно, на ужин меня есть, или на завтрак. Они улеглись под деревом и преспокойно ждали, когда на них снизойдет, манна небесна. Дело было ясное, что дело было темное. Нужно было как-то прогнать этих противных волков. Я стал отламывать с дерева ветки и бросаться ими в них. Уходить они все равно не собирались, а только скалились на меня. Солнце уже стояло в зените. Злое чудище, спящее в моем животе, стало понемногу просыпаться. Спасение пришло оттуда, откуда его совсем не ждешь, а точнее прибежало.
С начала волки как-то заметно занервничали. Они стали ходить кругами, поглядывая то на дерево, то на лес, до последнего надеясь, что я спущусь. Но не тут-то было. Вместо этого я стал забираться все выше и выше. На столько, на сколько мне позволила моя способность карабкаться по деревьям. Я рассудил так: если этого бояться волки, то и мне стоит этого опасаться. И оказался прав.
Волки заскулили и как один помчались прочь, от того места, где я свил себе гнёздышко.
Топот сотен ног, в разнобой бьющих по земле, создавал какофонию, напоминающую топот стада бизонов. Хотя откуда мне знать, как топотят бизоны, но было очень похоже. Сначала едва различимый, потом все громче и громче, по мере приближения ко мне. Я вжался в ветку так, чтобы руки и ноги не выглядывали за края. На счастье, ветка была достаточно широкой, чтобы скрыть моё присутствие на ней. Чувство любопытства жгло меня из нутрии, но я боялся посмотреть на того, кто может издавать такой топот. Догадка о том, кто это может быть, пришла после того как я услышал:
– Что случилась Дунгад? Что ты почуял? – Прогрохотал чей-то грубый голос.
– Человек! – Прогромыхал второй голос. Он был здесь, совсем недавно, и еще волки.
– Тогда не стоит о нем беспокоиться, волки свое дело знают.
– А если это шпион, узнавший о нашем плане?
– Ему же будет хуже. Мы и так потеряли здесь много времени. Бегом! – Закричал первый говоривший и топот вновь возобновился.
