Когда же фигурка напуганного непонятно чем ребенка скрылась с глаз за поворотом дороги, наступил окончательный выход из транса в реальность. Первый вменяемый взгляд достался висящему в переноске Тимке. Малыш спал. Однако несколько настораживало его слегка затрудненное дыхание. Да и то, что он изрядно вспотел, хорошей новостью не казалось. С другой стороны я со времен работы на даче с дошколятами, твердо уверила в святость детского сна, дарящего мне немного времени для себя. Поэтому обращалась с халатом-переноской очень аккуратно, стараясь не разбудить «лихо».
Но один только взгляд на Йискырзу, находившуюся в болезненно-бессознательном состоянии, резко изменил мои, как оказалось, весьма скромные представления об этом самом «лихо».
И тут, ну как специально:
«Мадемуазель-сударыня богиня Ленка Червоточинка…» – послышался «приветик» от предполагаемого виновника моих злоключений.
Мое раздражение, приправленное негативизмом, пессимизмом и прочими отрицательными измами, почти самостоятельно вылетело ракетой в направлении пришедшего зова, смыв его начисто из мозгов.
Сразу как-то легче стало. Эйфория, конечно, не наступила, но вот некое пространство в голове для небольшого позитива образовалось. Как раз чтоб подбодрить себя, пусть даже искусственным, зарядом оптимизма, увиденного в довольно простой логической цепочке: мальчик – родители – возможная помощь. Возможная помощь в скором времени. Может даже в очень скором времени.
Вдохновленная я подхватила ручки тележки и бодро поползла… двинулась дальше по дороге.
***
Двигать пришлось порядочно. Если б не паренек, то я давно бы уже стала обустраиваться на привал. А может даже на ночевку. Так что он, как птичка у Колумба23, заслужил мою признательность. Хотя на месте родителей я всыпала б ему по первое число, чтоб не забредал в одиночку так далеко.
Но все же благодарности во мне было больше. Поэтому когда впереди замаячили крыши и заборы, я вслух пожелала мальцу всех благ.
Наверно в стародавние времена бурлаки, видя конечную точку путешествия, испытывали такое же воодушевление: усталость уходила на задний план, шаг убыстрялся, а мысли о возможных проблемах просто боялись появляться…
К сожалению, сами проблемы никакого страха не испытывали. Они просто взяли и начались. Сначала по-тихому, когда, попав на деревенскую улицу, где за высокими заборами прятались невысокие домишки, я не встретила ни одного человека. Потом продолжилось значительно громче, когда на перекрестке при виде меня с десяток малолеток с жуткими криками и плачами разлетелись в разные стороны. Разбуженный Тимка вторил им во всю мощь своих легких, моментально сделав мои мозги квадратными. На укачивания, «баю-баюшки» и прочие «люлюшки» пацан ответил решительным отказом. А вот на водичку будущая звезда оперной сцены согласился. Мои уши плакали от счастья.
Йискырзу находилась в полупрострации: вроде как смотрит осмыслено, но как-то сквозь. Словно я из прозрачного материала сделана. И журчит про «Просто грэйит». Кажется, она решила, что это название болезни. А может, переняла как ругательство… Стараясь не внюхиваться в эмоциональные ароматы подопечной, я дала ей напиться. Девчушка пила жадно и не отбрыкивалась, хотя попыток держать кувшинчик самостоятельно не делала. На мой взгляд, весьма адекватная реакция. Но лучше бы спросить у доктора или какого-нибудь местного знахаря…
Я огляделась – никого. Малышня разбежалась, взрослые не появились. Кругом одни заборы. Однообразно-сплошные, перекликающиеся своими оттенками темного с серым небом над головой… Ну, должен же кто-нибудь за ними быть! Взять хотя бы ближайший…
Сделав два шага, я подошла вплотную к широким плохо обработанным доскам, пропитанных чем-то темным. Возникало ощущение, словно их напилили из телеграфных столбов или шпал. В своей строительной конторе мне приходилось слышать, что народ в деревнях и дачных участках обливал основания домов отработанным машинным маслом для сохранности древесины. Может и тут та же история. Хотя не исключено, что хозяин работает сторожем на столбо-шпальной фабрике и у него такого материала ну, как гуталину у дяди кота по фамилии Матроскин. Калитки… я пробежалась взглядом по ряду довольно плотно подогнанных досок – не видно… Не страшно, вход дело наживное – забор всего сантиметров на двадцать меня выше. Главное только понять, где его организовывать. Заглянув в щель между досками, я моментально отпрыгнула назад. По ту сторону было что-то четвероногое, очень зубастое и внимательно принюхивающееся. Налаживать вход в этом месте резко расхотелось. К тому же другие заборы наличествуют.
У кандидата номер два калитка определялась невооруженным взглядом как более светлое пятно на грязно сером поле. Но заперто, а с другой стороны кто-то рычащий выхаживает.
