– Думая о стране, мы не должны забывать и о себе самих: если вы не будете есть и пить, то заболеете и не сможете помочь ни родине, ни своим родным!
Ян тяжело вздохнул.
– Столица в руках варваров, государь и родители неизвестно где. Могу ли я есть и пить? К тому же я до сих пор – государственный преступник и не имею права поступить, как надлежит в этих обстоятельствах. Нет, не приходилось бывать мне в положении худшем, чем это.
Вдруг в ворота постучали: прибыл гонец с посланием императора. Прочитав письмо и расспросив посыльного о последних событиях, князь произнес:
– Ян Чан-цюй в опале, но в грозные для отчизны времена он нужен для защиты трона!
Он позвал Хун:
– Я отправляюсь поднимать ополчение, а ты собирай слуг и готовься выступать на север!
Он поспешил в управу, где собственноручно написал обращение к жителям всех южных уездов. Вот что в нем говорилось:
Ян написал обращение, не оторвав кисти от бумаги, приказал разослать его по всем уездам, вскочил на коня и вместе с Хун и слугами помчался на север.
Между тем вот уже семь дней император томился в Ласточкином гнезде, обложенном варварами. На восьмой день Су Юй-цин говорит ему:
– Мы не знаем, сколь велико войско хана, знаем только, что оно сильно выучкой и справиться с ним будет непросто. Самое правильное сейчас: сидеть в крепости и ждать подхода Яньского князя.
А хан каждодневно подходил к стенам крепости и осыпал минов руганью, но те не обращали на него никакого внимания. Тогда хан приказал возглавить приступ Лу Цзюню. Увидев среди наступающих предателя, Ма Да не выдержал и, вскочив в седло, открыл ворота и помчался на Лу Цзюня, намереваясь схватить его живым. Но тот усмехнулся, хлестнул коня – и был таков! Взбешенный Ма Да бросился в погоню. Но тут загрохотали барабаны, вышел со своим отрядом Тобар и попытался окружить минского богатыря. Су Юй-цин дал Ма Да знак немедленно возвращаться в крепость и с этого дня запретил всякие вылазки. Небольшие запасы продовольствия в крепости иссякли, воины голодали, кони объедали друг у друга хвосты. Когда однажды императору не принесли завтрак, он с удивлением узнал, что все его приближенные питаются лишь сосновыми иглами. Потребовав подать ему то же, что и всем, Сын Неба пожевал скудную пищу и, улыбнувшись, сказал:
– Некогда Чжун-цзы в Юйлине был вынужден кормиться гнилыми сливами и изрек, что одно дело – слышать, а другое – видеть. Это не пустые слова: сегодня мы попробовали сосновых игл и поняли, что иногда и ими можно обмануть голод!
Приближенные со слезами в глазах смотрели на своего императора, Дун Чу и Ма Да без стеснения рыдали. Сын Неба тоже опечалился, и вдруг ему докладывают:
– С юга появился конный отряд, он напал на варваров и громит их!
Император поднялся на крепостную стену и пристально посмотрел на юг: в самом деле, небольшой отряд всадников, возглавляемый двумя храбрецами, пробивается сквозь строй сюнну.
– Кто же эти смельчаки? – вопросил Сын Неба.
Дун Чу и Ма Да пригляделись.
– Да это Яньский князь, он слева в черной шляпе и алом халате, а справа – в военном облачении и с двумя мечами в руках – наша славная Хун!
На лице императора засияла радостная улыбка, все оживились, послышались восторженные восклицания.
А вот что было с Яном: выехав из Юньнани, он быстро достиг земель Цзюцзяна и здесь обратился к императорскому гонцу, который следовал вместе с небольшим отрядом князя:
– Нас мало, этими силами врага не одолеть, а земля Цзюцзян издавна славится стойкостью своих воинов, надо бы пополнить ими наш отряд!
Отыскав местного правителя, он попросил часть сил, находящихся в его распоряжении. Правитель, который оказался родственником Лу Цзюня, наотрез отказал:
– Без указа государя не имею права!
– Вы получаете содержание от государства, – вспылил Ян, – но пальцем не хотите пошевелить для его спасения, когда оно в опасности? Со мной императорский посланник, какой вам еще особый приказ! Если вы отказываетесь дать воинов под мое начало, тогда ведите их в бой сами!
– Миллионное войско сюнну уже захватило половину империи, неужели вы думаете, что несколько тысяч моих воинов что-то могут изменить? – усмехнулся правитель.
Ян стиснул зубы.
