Сон волшебника полностью

— И как мне это сделать? — поинтересовался Дьякон.

— Уверена, ты что-нибудь придумаешь. А теперь лети. Встретимся в музее.

Уна подбросила его из окна, и Дьякон взмыл вверх на блестящих чёрных крыльях. Уна бросила к двери, распахнула её и увидела приближающегося к её комнате дядю.

— О, ты уже проснулась, — довольно протянул он. — Я пришёл тебя проведать. Похоже, ты всё выяснила, да?

Уна подняла черное перо, которое так и не выпустила из руки.

— Перо ворона. Это был ключевой ингредиент.

Выражение лица дяди сменилось с довольного на растерянное.

— Ну да… Это был ключевой ингредиент, и ты, очевидно, его прекрасно нейтрализовала. Но что ты сжимаешь в ладошке?

Уна бросила на дядю удивлённый взгляд.

— Я же только что тебе сказала: это перо ворона.

Волшебник начал задумчиво поглаживать бороду.

— Ты принесла из сна нечто материальное?!

— А не должна была? — нахмурилась Уна.

— Не стану лгать, это довольно-таки необычно. Ты вынесла его из сна.

— Мне дал его отец.

Кустистые седые брови Волшебника взлетели вверх.

— Брэдфорд? Ты видела его?

Уна кивнула.

— После того, как Самулиган выпрыгнул из лодки. Кстати, а где Самулиган? С ним всё в порядке?

— Всё великолепно, — ответил эльф, выходя из тени. — Вижу, ты захватила с собой сувенир, — Самулиган указал длинным пальцем на черное перо.

— Именно, — кивнула Уна, но как бы ей ни хотелось узнать больше о том, почему она смогла принести с собой перо, внутри у нее все кипело в предвкушении поимки убийцы своего отца. — Но сейчас это не важно. Нам нужно попасть в музей. Самулиган, ты можешь подготовить экипаж?

— Сию минуту, — поклонился эльф и исчез, двигаясь по коридору со сверхъестественной скоростью.

— Всё в порядке? — поинтересовался Волшебник.

Юна открыла рот, собираясь рассказать дяде всё, что выяснила, но что-то её остановило. Ей пришла в голову мысль — мимолётное ощущение, — что если бы ее дядя знал, что она собирается делать, то он никогда бы не позволил ей уйти. А ей нужно было в музей. Она должна быть там, когда убийца ее отца окажется наконец разоблачен. В конце концов, именно Уна выяснила, кто это сделал, и она была полна решимости довести дело до конца.

— Мне просто нужно в музей по одному делу, — произнесла Уна.

— Можно мне взглянуть на перо? — Волшебник протянул руку.

Уна почувствовала, как внутри у неё всё сжалось. Ей хотело спрятать подарок отца, но она понимала, что должна выполнить дядину просьбу, и протянула ему перо.

Долгое мгновение её дядя ничего не говорил, просто смотрел на перо с задумчивым выражением, а затем произнёс:

— Линетт.

Уна удивлённо подняла голову.

— Прости, о чём ты?

Дядя кашлянул.

— Линетт Эбшир. Так звали женщину, которую я любил.

Уна вспомнила вопрос, который задала дяде в парке, и удивилась, что он отвечает на него именно сейчас. Она не знала, что ответить, и даже была немного раздражена тем, что он выбрал именно этот момент для разговора по душам. И тем не менее, она не могла сдержать своего любопытства.

— Что с ней случилось? — спросила Уна, страшась ответа.

Волшебник перевел взгляд с пера на Уну, как будто забыл о её присутствии, и Уна подумала, что, возможно, перо обладало какой-то силой, которая на него влияла. Легкая печаль, которая всегда пряталась в глубине его глаз, внезапно стала более заметной, чем когда-либо.

— О нет, нет, она не мертва, если ты об этом, — ответил Волшебник. — Она замужем, она счастлива, и у неё уже несколько взрослых детей. Просто… Видишь ли, у меня был выбор. Отказаться от обучения у Волшебника Флиртенсникла и остаться с Линетт, или стать следующим Волшебником, как шептали мне мои амбиции.

Уна прижала ладонь ко рту.

— Но почему? Почему тебе нужно было выбирать? Я не понимаю…

— Потому что Линетт мечтала о простой жизни… не такой, которая включала бы в себя сложности жизни Волшебника. Она сказала мне об этом, когда мы только начали встречаться. Я был так очарован всем в ней… ее красотой, звуком ее голоса, ее яркой и полной надежд личностью, и особенно тем, как она смотрела на меня, что заставляло меня чувствовать себя самым особенным молодым человеком на всей Тёмной улице. Я знал, что у неё есть и другие поклонники, жаждущие её очаровать… И поэтому я зашёл дальше, позволяя ей поверить, что собираюсь отказаться от ученичества. Я и сам почти в это верил. Но, наконец, когда пришло время принять решение… Я выбрал будущее Волшебника. — Он сделал паузу, уставившись на перо. — И я не жалею об этом.

Его слова звучали искренне, но Уна засомневалась, были ли они полностью правдивы. Его глаза, казалось, говорили об обратном.

Волшебник покачал головой и вернул перо Уне.

— Не знаю, зачем тебе всё это рассказываю. Уверен, что тебя не интересует древнее разбитое сердце, к тому же, ты, кажется, торопишься. Не расскажешь мне, что задумала?

Уна закусила губу. Дядя был абсолютно не прав насчёт её интереса к его истории, но как бы ей не хотелось узнать подробности, девочку ждали дела.

— Это сюрприз, — ответила девочка.

— Сюрприз? — вскинул брови дядюшка. — Заинтриговала.