Адлер сложил газету, поднял корзинку для пикника и положил газету сверху.
От девочки не ускользнул тот факт, что он назвал ее по имени. Она взяла Адлера за руку, и они вдвоем решили прогуляться по холмистой территории кладбища. Над головой ярко светило солнце, но утренний туман все еще упрямо висел над землей.
— Сегодня ты без Дьякона? — поинтересовался Адлер, окидывая взглядом небо.
— Оставила его дома, — улыбнулась Уна. — Меня подвёз Самулиган, но он ждет у входа. Он думает, что я одна.
— Держу пари, его не так-то просто провести, — хмыкнул парень.
Уна пожала плечами и посмотрела на газету в корзинке.
— Вижу, ты принёс «Пророк». Я так понимаю, читал о победе Молли Морганы Мун над Тобиасом Пронырой?
— Так и есть. Они шли ноздря в ноздрю, голоса подсчитывали пять раз, но в итоге Молли Моргана Мун одержала победу.
Уна покачала головой, и Адлер вскинул брови.
— Думал, ты будешь рада, — нахмурился он. — Она — первая женщина, вошедшая в Совет Тёмной улицы.
— О, я рада. Просто мне не нравится, как она победила. Если бы не бунт миссис Карлайл и ее мужа, Молли Моргану Мун, возможно, никогда бы и не избрали.
— Ну да, — кивнул Адлер. — Жизнь вообще странная штука…
— О чём ты?
— Ну, просто миссис Карлайл была так озабочена избранием женщины на этот пост, что не подумала о том факте, что одним из главных обещаний Молли Морганы Мун было сократить преступность на улицах. А это уж точно не было бы на пользу миссис Карлайл, поскольку она сама была преступницей.
Уна нахмурилась.
— Но в том-то и дело. Именно от миссис Карлайл я впервые узнала о ценности прав женщин. Я никогда даже не задумывался о подобных вещах до того, как она пришла работать в Маятник. А теперь выясняется, что она была ужасным человеком. Она и ее муж убили моего отца.
Адлер внезапно остановился и уставился на свои ботинки, напряженно размышляя. Наконец, он поднял на Уну глаза и спросил:
— Как ты думаешь, может, мир не делится на чёрное и белое? Я имею в виду… ты только что сама сказала, что эта отвратительная женщина открыла тебе глаза на то, что ты считаешь правильным.
— В этом-то и проблема, — прошептала Уна. — Она воровка, убийца, и всё же… — Уна не могла заставить себя закончить предложение. Она чувствовала себя неправильно, оправдывая
— И всё же, она научила тебя важным вещам, — закончил за неё Адлер и пожал плечами. — Как я уже сказал, жизнь — странная штука.
Уна вздохнула, и они вдвоем направились к дальнему концу кладбища, где Уне нужно было кое-что сделать. Справа от них над кладбищем возвышалась, как высоченная надгробная плита, огромная двухсотметровая Черная башня. Внутри этих неприступных черных стен жила группа играющих в карты гоблинов. Уна вспомнила, как поднялась на вершину этой башни в лодке, привязанной к воздушному шару. Вот это было приключение!. Но сегодня Уна планировала посетить отнюдь не гоблинов, и она чувствовала, в её животе словно запорхали десятки живых бабочек.
— Признайся, ты ведь тоже её читала, — кивнул Адлер в сторону сложенной газеты.
— Нет, — покачала головой Уна. — Мне рассказал Самулиган.
— И почему нет? — удивился Адлер.
— А зачем? — пожала плечами Уна. — Я и так всё прекрасно помню. Я это пережила.
— Ясно, — протянул Адлер.
Уна слегка покраснела.
— Я собиралась прочитать, правда… Но не успела я перевернуть страницу, как Дьякон процитировал мне одного известного драматурга — Роберта Хрящика Щелкосвиста. Он говорил, что если уж принялся читать газету, то нужно читать и хорошие статьи, и плохие. Выбирать нельзя. Так что… я решила не читать вовсе.
Адлер приподнял одну бровь.
— И ты в это веришь? Что нельзя читать статьи выборочно?
Уна снова пожала плечами, но от Адлера не укрылся её любопытный взгляд, брошенный в сторону корзинки.
Адлер усмехнулся.
— Точно не хочешь узнать, что написано в статье?
— Мне, конечно, интересно, — признала Уна, — но…
Адлер схватил газету и игриво помахал ею перед девочкой.
— О тебе там столько лестного написано. Автор статьи, Мэри Тишински, пела тебе такие дифирамбы…
— Серьёзно? — поражённо выдохнула Уна.
— О да, — хмыкнул Адлер. — Она писала о том, что благодаря тебе магия снова входит в моду.
— Благодаря мне? — Уна выхватила газету из рук парня. — Дай посмотреть.
Адлер захохотал.
— А как же твоё «если уж принялся читать газету, то нужно читать и хорошие статьи, и плохие»?
Уна тряхнула головой.
— Чепуха! Дай сюда. Ага, вот она! «Ученица Волшебника поражает толпу настоящим магическим шоу»…
Уна нахмурилась.
— Тебе не нравится? — заметил Адлер её перемену настроения.
Уна сложила газету и вернула обратно в корзинку, не читая дальше.
— Нет, это всё очень мило, но… Я не устраивала «шоу». Я боролась за свою жизнь.
— Ты права, — задумчиво кивнул Адлер. — Так оно и было.
Он снова взял Уну за руку, и Уна сжала его ладонь и попыталась выбросить газетную статью из головы. У нее были дела, которые не терпели отлагательства.
