«Ну вот опять началось. Что же мне делать, рева ты моя. Твои страдания — тяжелее жажды и голода, усталости и подступающего сна, сырости и холода». — Согласитесь, нелегко смотреть, когда родной человек плачет.
— Ты молодец, Лизи, ты стойкая. Любой человек может проявить свою слабость и только так наша воля закаляется. Нельзя стать сильнее, ни разу не упав. Нужно только подняться и двигаться вперед. Поешь… Правда, я не хочу.
— Нет. Это твое.
— Давай на двоих, хорошо?
— Хорошо. — Лиз всхлипнула, но согласилась.
Не скрою, скромный незапланированный ужин пошел нам на пользу. На некоторое время поднялось настроение, снова появилась уверенность в завтрашнем дне. А цифры на стене продолжали уменьшаться. «1008», «1007», «1006»… «1000» — ровно сто. Отлично, постараемся! Справимся за несколько суток.
— Лиз, смотри. Осталось всего сотня. — Указал на указатель, имея ввиду километры.
— Еще так много… Но еще больше пути осталось позади… Поскорее бы выбраться отсюда…
— Ага. Наверное, дня два-три, и мы на свободе…
— Я рада… — В голосе девушки не было ни радости, ни грусти — одна усталость и желание, чтобы этот проклятый тоннель, наконец, закончился.
На самом деле, я не знал, что будет дальше — ведь никаких гарантий, что за отметкой «0» не окажется бетонной стены или, скажем, стальной решетки. Или Вилмера. Сложно сказать, что хуже для нас.
Сегодня ночью мне снились горы. Я видел их на одной из картинок из школьных учебников. Заснеженные вершины и леса у подножья. Белый, пушистый снежок аккуратно ложился на землю. Я трогал его рукой, он был, словно легчайшая вата. Наверное, во сне нет ни холода, ни боли. На то он и сон, чтобы дарить радость.
— Лиз, где бы ты хотела жить? — Спросил я во время очередного привала. — Может — высоко в горах? Или у моря? В центре города, в самом эпицентре его событий?
— На берегу озера. — Ответила она, почти сразу же. — Маленький уютный дом прямо у водной глади, окруженный лесами и горами, что бы нас никто не смог найти.
— А я буду немного скучать по небоскребам и бурной городской жизни, признаюсь… — Взглянув на Элизабет, мгновенно понял — девушка чувствовала себя виноватой. — Нет, не подумай ничего лишнего, озеро в горах тоже неплохо, особенно когда появятся дети… — Тут я осекся.
«Эх. Язык немного укоротить бы мне. Хоть иногда надо сперва думать, а потом уже и языком трепаться». — Корил себя за излишнюю разговорчивость.
— Де-е-ети? — Протянула та так жалобно, будто сама не мгновение превратилась в маленького ребенка. — Ведь я не человек, разве у нас могут появиться дети?
— Мы постараемся и у нас все получится. Помнишь, что сказала Лаура? Когда-то давным-давно, еще в школе, один мой учитель сказал: «Верьте всегда, надейтесь и делайте, только не сдавайтесь, не опускайте руки и невозможное станет возможным». И мы будем верить, надеяться и никогда не сдадимся. Мы будем счастливы, Лиз…
Хотя… Я уже был счастлив, встретил Элизабет и этого более, чем достаточно. Она — мое счастье…
— Почему-то мне не по себе, Рэт. Мне страшно, очень… — Элизабет снова расстроилась.
Мои слова, казалось, не принесли ожидаемого результата, скорее — наоборот, почему же?
— Это ничего. Скоро тьма рассеется, словно страшный сон, и мир засияет новыми красками. — Признаюсь, однообразие, холод и слякоть весьма и весьма удручали и меня, но я не выказывал виду.
— Нет. Не поэтому. Должно случиться нечто плохое… Мне снился Кайлер. Я слышала его голос.
— Это просто сон. Не думай о плохом… Лучше представь, как мы с тобой будем строить нашу семью… Надо думать о хорошем. — Я все не мог перестать сыпать глупыми утешениями, но голос Кайлера во сне меня насторожил.
Что ему было нужно? Надо бы расспросить Элизабет, в более подходящий момент, разумеется.
— Ты прав… Мы скоро увидим солнце…
— Ага. Будем стараться…
Тоннель, он будто живой играл с нами, высасывая силы, словно пытаясь остановить нас, задержать, не дать вырваться из его неосязаемых и незримых оков, опутавших наши тела и души. Он будто поглощал наш разум.
— А знаешь? В детстве мы часто играли со Стивеном на развалинах оранжевой зоны, рядом с парком, где мы с тобой впервые встретились. Помнишь его, этот парк? — Я старался говорить обо всем, что приходило на ум, и случайно вспомнил одну очень важную историю в моей жизни.
— Да. Это место, где мы встретились. Его невозможно забыть. Ведь там я встретила тебя…
— Однажды, по дороге из школы, Стив оторвался вперед и забрел внутрь одного из зданий, а я последовал за ним.
Перед глазами будто пронеслись образы из прошлого: большое пятиэтажное здание, наполовину разрушенное, без электричества, тепла и воды, но внутри кое-где все еще жили люди, которым попросту более некуда было идти. Стив поднимался на крышу и звал за собой и меня. С высоты туманный парк, где мы встретились с Лиз намного позже, выглядел просто завораживающе, словно утопая в белесой пелене.
— Это мое тайное место. Когда мне грустно — я всегда прихожу сюда. Тут так красиво… — Произнес Стив тогда.
