Мог ли он соврать Дуарулону? Обмануть его, что-то утаить в своём рассказе?
В тысячный раз прокрутив в голове эту мысль комендант отбросил её, как и тысячу раз до этого. Мальчишка не мог его обмануть. У него бы это не получилось. Да, он что-то не договаривал, но, даже он сам, не считал это «что-то» достаточно серьёзным. Это старый комендант видел отчётливо.
И всё же… что-то его гложет. Что-то, достаточно серьёзное, что бы преследовать и здесь, за высокими стенами Южной Крепости.
Адъютант покинул свою нишу, встав в поле зрения своего командира.
За столетия совместной службы они научились понимать друг друга с полувзгляда. Вот и теперь, его адъютант всей своей позой выражал недоумение. Он не понимал причину столь пристального интереса коменданта.
— Он что-то видел, — произнёс комендант, не желая вести молчаливый диалог. Слишком он был занят обдумыванием ситуации, чтобы потворствовать наклонностям своего старого друга, — Там, в Резиденции. Что-то, чего не понимает сам, но… это осталось с ним.
Задумчиво протянув последние слова комендант погрузился в размышления.
Его время близилось. Он чувствовал это. Своими костями. Своим нутром. Самим своим естеством.
Скоро… скоро он присоединится к прошлым комендантам, и всем тем кто нёс свою службу на этих древних стенах. И от этого ему лишь сильнее хотелось разгадать тайну этого ребёнка.
Что же стало причиной его страха?
Что он видел в Резиденции?
Стремительно вышагивая по коридорам крепости, освещённых светильниками в золотой оправе, я всё не мог успокоиться. Кровь неслась по венам, под заполошный перестук сердца, отзывающийся под сводами черепа.
«Барабаны Войны», как их называл Изверг. Состояние, в которое он приводил свои жертвы, в начале каждого сеанса экзекуции.
«Барабаны Войны, — говорил он, — Это ваш самый верный друг и самый надёжный спутник! Вступая в бой, каждый сиинари должен слышать Барабаны Войны! Только тогда вы, сопляки новорождённые, имеете хотя бы тень шанса нанести вашему противнику хотя бы царапину!»
Барабаны Войны…
Они не умолкали, сколько бы я не пытался контролировать дыхание, применяя одну за другой дыхательные техники, что нам преподали на редких занятиях по развитию магического дара. Для нормальной циркуляции маны по организму, требовалось определённое состояние разума и тела. Требовалось найти баланс, между плотскими желаниями и душевными порывами. В противном случае принудительная циркуляция маны не приносила пользы, только вред.
Ничего не помогало. Я не мог успокоить свой организм. Кровь неслась по венам, разнося огонь по всему телу. Мышцы напрягались, готовясь к бою. Руки метались от пояса к груди, в тщетной попытке найти оружие.
Заметив в боковом коридоре питьевой фонтанчик я направился к нему, дёрганной походкой, едва контролируя своё тело.
Короткий разговор с комендантом выбил меня из равновесия. Сильнее чем я мог ожидать.
Разумеется фонтанчик работал от печатей. На нём не было крана, или поршня, как в моей прошлой жизни. Хочешь пить? Будь добр использовать печать контроля.
Грёбанные сиинари и их заморочки! Ну вот что сложного прикрутить долбаный кран?!
Дрожащими руками я принялся шарить по поясу, в поисках кармашка с заготовленной печатью Контроля. Такие есть у каждого ребёнка, как раз на такой случай. Без неё ни умыться ни искупаться… тупые правила, тупых ушастых!
Деревянный кругляш выпал из моих дрожащих рук, стоило мне попытаться приложить его к плоскому кристаллу.
Стоит ли говорить что это взбесило меня ещё сильнее?
Вредная деревяшка упала на каменный пол, и мне стоило определённых усилий не поддаться порыву и не растоптать её. Переборов свои деструктивные порывы я всё таки наклонился к ней, дабы подобрать и попытаться добраться до струи прохладной воды.
Уже подняв её и разогнувшись я едва не уткнулся носом в бронированный панцирь одного из стражей. Чёртов сиинари подобрался совершенно бесшумно, не смотря на то что на нём было добрых тридцать килограмм металла, железный, ростовой, щит, и копьё, всё из того же голубоватого металла, длинной с рост среднего сиинари.
Правила этикета требовали поприветствовать старшего сиинари, но я… я не смог даже посмотреть в разрез шлема. Я чувствовал что это… это сделает только хуже, да и моё горло могло выдавить только рык, как бы я не старался успокоиться.
Отвернувшись от безмолвного стража, я вернулся к фонтанчику и, с третьей попытки, смог активировать его. Из каменного крана, вырезанного в виде какой-то рыбины, ударила струя холодной воды. Не став терять времени я принялся швырять её в лицо, горсть за горстью.
Это помогло. Постепенно, странное состояние отпустило и я смог вздохнуть спокойно. «Барабаны Войны» медленно затихли, мышцы расслабились, а руки перестали дрожать.
Такое со мной случалось и раньше, и я, казалось, привык к этому… если не учитывать того факта что такие приступы начали преследовать меня только здесь, в Крепости. Раньше такого не было.
