— Кощунством? — встрепенулся другой призрак, стоявший возле стола. Волосы, собранные в высокий хвост, воинственно колыхнулись, в такт кулаку, обрушившимся на столешницу, — Да это настоящая измена! Эти хранилища были запечатаны не без причины! Только Владыка Резиденции обладает правом отпирать их!
Гневная речь исходила из уст коменданта самой восточной Крепости. С Дириэлем, как звали этого сиинари, всегда были непростые отношения. Рьяный последователь приказов, законов и уставов, был готов забыть помощь, что ему оказал Дуарулон полтора века назад, когда его Крепость получила серьёзные повреждения, в следствии детонации орудийного артефакта. Тогда погибло сорок семь стражей только при взрыве, и был разрушен целый сегмент внешней стены Крепости, что создало своеобразный склон. Инсектициды воспользовались неожиданной удачей, и прорвались внутрь Крепости.
Они отбились, разумеется, но в ходе сражений были серьёзно повреждены фермы, что могло привести к голодной смерти, как минимум части жителей. Не говоря уже про то что в древних стенах зияла брешь, а коридоры самой Крепости устилали трупы защитников и нападающих.
Дуарулон, не ожидая запроса о помощи от гордеца Дириэля, собрал караван, в который входило продовольствие, строительные материалы и специалисты. Последствия прорыва ликвидировали за каких-то два года, восстановив стену, сеть оборонительных артефактов и избежав голодных смертей.
Однако, несмотря на безвозмездность помощи, о чём Дуарулон неоднократно говорил Дириэлю, в ответ на его неуместные выпады и обвинения, комендант самой восточной Крепости испытывал к нему… чувство сродни ненависти. Совершенно глупое, и не обоснованное, чувство, по мнению Дуарулона.
— Твои речи, Дириэль, — подал голос третий призрак, — Как всегда полнятся разумностью и добродетелями.
Этот голос принадлежал коменданту ближне-восточной Крепости, Таранаану. Этот сиинари никогда не упускал повода ответить своему восточному соседу, совершенно не одобряя его настрой в отношении Дуарулона. Возможно по той причине что основная масса помощи пришла именно из его Крепости, когда соседа постигла трагическая случайность.
— Твоя верность предателю лишь застилает мглой твоё будущее! — прорычал Дириэль, бросая яростный взгляд на соседа.
Предатель. Это слово прозвучало, отметил про себя Дуарулон. Дириэль нашёл новый способ насолить ему, бросаясь пустым обвинением, которое ничего не стоит. Комендант самой восточной Крепости просто не располагал силами, чтобы что-либо сделать. Все это понимали, но… слова прозвучали, и оставили после себя, крайне, неприятный осадок.
— Твоя чёрная неблагодарность, давно нам известна, Дириэль, — заговорил последний, четвёртый, призрак, — И она не стоит нашего времени, когда ситуация становится всё мрачнее месяц от месяца.
Это был последний сиинари, что откликнулся на зов Дуарулона. Ленисаан занимал пост Коменданта ближне-западной Крепости, и, так же как и Таранаан, относился к идеям Дуарулона более благожелательно.
— В этом столетии мы лишились всех сил, за пределами Крепостей, — продолжил говорить Ленисаан, — А наши сородичи продолжают покидать нас, и конца этому не видно.
— Они отправились Тропой Предков! — негодующе воскликнул Дириэль, — не смей говорить про них как про мертвецов! Они отправились на встречу с нашими Предками, дабы слиться в вечном блаженстве!
— Твой бред не вернёт мне сыновей, — жёстко ответил ему Ленисаан, непроизвольно сжимая кулаки, и подпуская в голос угрожающие нотки.
— Если ты не способен осознать всё величие их судьбы, то мне нечего с вами обсуждать! — бросил Дириэль, явив собравшимся высокомерно-самодовольное лицо.
Возложив длань на кристаллический стол он истаял, подобно дымке.
В помещении повисла тишина. Коменданты ждали появления иного собеседника.
Уже давно стало понятно что Дириэль… не соответствует стандартам Коменданта. Осознав, и приняв, данный неприятный факт, четыре из пяти Комендантов пришли к крайне неприятному решению.
Они вышли на связь с его Адъютантом. Тот оказался в большей степени ответственным сиинари, нежели его командир. Проведя с ним несколько бесед, передав ему приглашение в зал совета через посыльного, они с удивлением обнаружили что он, по сути, выполнял обязанности Коменданта. Сам Дириэль… предпочитал проводить время за своим увлечением.
Любовь к скульптурам и картинам казалась безобидным увлечением, которым старый сиинари разбавлял рутину командования слишком рьяно. Однако… в свете информации, полученной от Телиндара, данное «невинное» увлечение заиграло новыми красками.
Не прошло и десяти минут как на месте Дириэля возник иной сиинари. Облачённый в доспехи стража, Гнасаан, возник в том же самом месте из которого исчез Дириэль.
— Коменданты, — поприветствовал всех собравшихся Адъютант.
— Гнасаан, — ответили ему дружелюбными кивками все четверо Комендантов.
— Думаю ты слышал ход нашего совета? — спросил у него Дуарулон, прекрасно знавший что Гнасаан практически отстранил Дириэля от командования, и тщательно контролировал каждый его шаг.
