— Я понимаю, — отсеялась Аня, — что не все мужчины воспринимают геев, что некоторые их вообще ненавидят, но геи покупают книги. Больше, чем женолюбцы.
— Ты поощряешь их?
— Я женщина, Ден. Нормальная женщина, — она подмигнула ему. — Нормальной женщине нравятся мужчины и деньги.
— Ладно, — сказал он неуверенно.
— Хочешь, я прочту тебе что-нибудь из «нормального»?
— Д… давай.
— О боже, как пылали его губы. Они были ярко-красными от ее помады и хранили жар ее верхней печи. Жанна резко подалась вперед и схватила его за галстук. Она была куда ниже его, ему пришлось нагнуться. Острые белые зубки прикусили его подбородок почти до крови, а тонкие пальчики принялись расстегивать пуговицы на рубашке. Расстегнув наполовину, она нашла два маленьких соска и потерла их, все удерживая подбородок зубами. Он попал в ее сети, как в китайскую ловушку для пальцев. Но вот рубашка была снята и она нашла ремень брюк…
Денис машинально делал глоток за глотком, зачарованный низким голосом. Она рассказывала с расстановкой, с придыханиями, иногда даже закрывая глаза, в это время Денис глазами изучал ее тело. Ему казалось, от его взгляда на тонкой ткани появляются вмятины, будто его глаза испускают твердые, материальные лучи. Он всё меньше и меньше следил, чтобы она не замечала эти «исследования». Пока шел рассказ, он разлили остатки вина по бокалам.
— Молнию она расстегнула резко, одним движением — вниз! И тут же наткнулась на россыпь кучерявых волос, словно на початке кукурузы. Она не замедлила вытащить сам початок и мысленно поправила себя: «Как початок только что сваренной кукурузы». Горячий, волнистый, желанный… Он захрипел, из рта потекла слюна. Струйка пробежала по ее щеке, и тигрица, наконец, отпустила подбородок. И тут же его губы нашли ее, но второй рукой она сжала его яички, и он остановился. Он понял — сегодня она будет главная…
Аня на мгновение замолчала и положила кисть на его ладонь.
— Аня, я женат… — начал Денис, но сам понял, насколько у него получается неестественно.
— Она перекатывала в ладони два волосатых шарика, а он чуть не рычал на нее, как дикий зверь, — продолжила Аня. — Но она хотела его помучить…
— Аня, у меня есть жена… — Это прозвучало еще неестественней, чем раньше, а девушка выделила из его ладони средний палец, и поводила по нему вверх-вниз. Пальцы на руке сами собой сжались, заключив ее кисть в замок. Он почувствовал давление в районе паха, посмотрел и на молнии джинсов увидел ее стопу с накрашенными зеленым лаком ногтями.
— А вот ему, по-моему, всё равно, — сказала девушка.
Денис и не предполагал, что его семейные бастионы падут так быстро. Прошел от силы какой-то жалкий час беседы и бутылка вина, а вот, он уже наклонился над столом и целует пухлые губы, словно попал в ее книгу. В голове шумело, а от вкуса ее помады он чуть не обезумел. Он облизывал ее язык, а ее руки возились с джинсами. Всё случилось почти так, как в рассказанной ей эротической сцене, и очень быстро. Он скинул со стола бокалы, повалил ее. Он обхватила его ягодицы икрами. Спустя три минуты, спустил и Денис. Он упал на нее сверху, часто дыша и думая, какая же он скотина. Но когда острый язычок защекотал его ухо, опять погрузился в пучину похоти. Такого с ним не случалось даже с женой. Второй раз получился дольше и ярче.
— Может, нам выпить еще за такое приятное знакомство? — спросила девушка, выползая из-под него.
Она подошла к холодильнику и достала бутылку виски. Вечер продолжался еще безумно долго, его окончания Денис не запомнил. Наверное, они уснули в их семейной кровати… По крайней мере, проснулся он в ней.
Вообще-то, Денис никогда особенно не увлекался выпивкой. Похмельем он мучился, дай бог, раза четыре в жизни, и это било все предыдущие. Он открыл глаза и понял, что в спальне один. Вчерашний вечер воскрес в мыслях, из груди вышел хриплый стон. Он думал, что, повернувшись, увидит Аню, и тянул с этим как мог долго. Но когда, наконец, набрался смелости — никого не увидел. «Наверное, она в ванной», — подумал он, присаживаясь. Перемена положения принесла резкую боль где-то в основании черепа.
— Ой! — сказал он, схватившись за голову. Боль это не сняло. — Аня?
На зов никто не откликнулся. Денис встал и побрел в ванну. Душ помог привести мысли в порядок и немного взбодрил. Он вернулся в спальню, увидел на прикроватном столике записку.
«С добрым утром, соня! Я понимаю, ты сейчас считаешь себя последней скотиной, а меня шлюхой-разлучницей, но нам было хорошо вместе, и это необязательно должно когда-нибудь повториться. Твоя жена, естественно, ничего не узнает, но ты можешь заглянуть ко мне как-нибудь, если хочешь. Если нет, я не обижусь.
P.S. А ты, между прочим, отличный рассказчик, тебе тоже надо попробовать что-нибудь написать. Я вчера смеялась до слез, да и сейчас смеюсь, пока ты дрыхнешь. Особенно мне понравилось про Демьяна. До встречи.
Анна».
