— Хорошо, — удовлетворённо кивнула мать. — Это правильно. Нечего тебе такие суммы иметь. Если понадобиться скажешь, мы выделим, а так пусть лежат. Вам ещё в университет поступать, а хороший стоит очень дорого.
Тим покосился на отца, бросившего взгляд на сына через зеркало заднего вида, и промолчал. Утром между ними состоялся приватный разговор. Иван Егорович на самом деле обладал достаточной амбициозностью, чтобы не прозябать вечно на должности заштатного инженера. У него были свои разработки, идеи, которые тот тщательно доводил до ума, ожидая возможности воплощения своих замыслов. И к предложению сына организовать своё дело отнёсся максимально серьёзно. Но и денег это требовало немалых.
Для отца Тимофею бабла было не жалко, к тому же продажа зелий приносила исправный доход, сравнимый с годовым всей семьи в прошлым. И это за неделю! Юноша понимал, что, когда он разберётся с сектантами таких объёмов уже не будет, но тем не менее зелье лечения болезней показало себя с самой лучшей стороны и на этом вполне можно было построить бизнес. Но не сейчас. Пока Тим был занят собственным развитием и войной с Сепху, поэтому все мысли о будущем были отложены на второй план. Выживет, выкрутится, тогда и подумает. Может бы к этому времени появятся варианты куда интереснее и прибыльней.
— Иван Егорович, Ульяна Григорьевна, — а вот появление у Центра Регистрации и Контроля Клементия Сидоровича стала для Тима сюрпризом. Как и то, насколько спокойно отец поздоровался за руку с представителем Курбских. — Ирина, Тимофей. Очень рад вас всех видеть. Ну что идём? Я место забронировал, так что обойдёмся без проволочек.
— Иван, ты мне ничего не хочешь рассказать? — подозрительно сощурилась Ульяна, переводя взгляд с мужа на Курбского и обратно. — Почему он здесь⁈
— Мы по работе общались, пока я дела сдавал, — пожал плечами глава семьи. — Климентий Сидорович даже остаться предлагал, но сама понимаешь, на это я пойти не смог. Но отказываться от помощи в регистрации не стал. А то полдня потеряем. Да и родня всё-таки. Грех это, от своей крови отказываться.
— Я отказываюсь⁈ — тут же взвилась Ульяна. — Это я отказываюсь?!!
— Климентий Сидорович в твоём изгнании не виноват. — Отрезал Иван, умеющий быть крайне жёстким. — Не он принимал решение, ни он его утверждал. Да, можно сказать, что все Курбские виноваты, но, Уль, сама ответь, а что они могли сделать против твоей матери и главы клана?
— А это её помощник! — успокаиваться мать Тимофея никак не желала. — Это же он всё оформлял!
— Я делал что приказали, — пожал плечами пожилой Учитель. — Вы, Ульяна Григорьевна, должны помнить, как это происходит у нас. Тебе приказали — ты выполняешь. Другого не дано. Да, признаю, ваше отсечение было ошибкой, но кто может предвидеть будущее? Вас при отсечении не обидели. То, что Акулина Лукьяновна пыталась давить признано ошибкой. За это я от лица клана Курбских официально приношу извинения. Все денежные средства будут возвращены вам в течении пары суток, ну и от себя накинем, за обиду. Сейчас же я предлагаю забыть, что было и начать с чистого листа.
— Думаете, можно взять и забыть всё, что мне пришлось вытерпеть? — Ульяна была настроена категорично. — Сделать вид что ничего не было⁈
— Ульяна Григорьевна, давайте будем честны. — примирительно улыбнулся Климентий, подняв руки ладонями вперёд. — Да, вы страдали морально из-за давления матери, но в материальном плане клан всегда полностью вас обеспечивал. Это не компенсирует отношения Акулины к вам, но согласитесь, страдать в Руссо-Балте куда приятнее, чем радоваться жизни на велосипеде. К тому же я не пытаюсь подкупить вас подкупить. Просто хочу помочь. По-родственному. Иван Егорович прав, кровь не водица. Как не пытайся, а родня останется роднёй.
— Иногда с такой роднёй лучше остаться сиротой, — придавленная аргументами женщина притихла, но не собиралась отказываться от своего мнения. — Ладно, идёмте! Быстрее начнём, быстрее всё это закончится!
Их уже ждали. Не только симпатичная девица в партикулярном платье, с карточкой на высокой груди, сообщающей, что её зовут Марина, но и Дарья, при виде появившихся Моргуновых поднявшаяся на ноги и спрятавшая телефон, в котором копалась. Видеть её Тим был не особо счастлив, но понимал, почему Климентий взял девчонку с собой. А также спрогнозировал возможное развитие событий. Конечно, можно было встать в позу, но… зачем? В свете последних событий стоило показать себя с лучшей стороны, чтобы были аргументы для торга. А что Курбские не отступятся стало понятно при появлении помощника бабки. Хитрый, паскуда, через отца зашёл. Знал, что Тимофей не сможет отказать бате.
