Второй этап. Война Марионеток. Земля получила понятную цель, но путь к ней окажется весьма тернистым. Объединение или раскол? Победа или забвение? Егерю придётся сыграть совершенно новую для себя роль, и от его успеха будет зависеть дальнейшая судьба всей планеты.
Я сижу в кресле, глядя как мирно посапывает Драгана, то есть делает то, в чём мне сейчас отказано, когда молчание ночи разрывает паническое пиликанье Трансивера.
А прямо перед этим перед глазами встаёт сообщение от Сопряжения:
В первую секунду в голове образуется абсолютный вакуум. Мысли разбегаются, никак не желая складываться во что-то связное и осмысленное. Непреложная, сука, Истина атаковала Уайтклэй, и Алана мертва… Два простых слова, а звучат как приговор.
Кипящая ненависть поднимается откуда-то из глубины, накрывает с головой, перехватывает горло. Следом приходит слепая ярость и жажда мести. Монолит горько пожалеет, что связалась с нами. Война так война. Я вырву её сердце голыми руками.
Пальцы сами собой выдёргивают Трансивер, на экране которого летят тревожные сообщения от Раздробленных Пульсаров.
— Бекка, — отрывисто бросаю я, увидев изображение моей заместительнице. — Код красный в Уайтклэй. Нова из Непреложной Истины. Алана мертва. Дай сводку по остальным форпостам. Всё спокойно? Где наши?
— Вижу. Так. Тай, Эрис и Соловей находятся в самом Уайтклэй. Гидеон и Шерхан во Фритауне вместе с Ваалисом. Кобальт и Базальт в Чадроне. Медея в Денби, — торопливо и чётко отзывается Девора, чьи пальцы молниеносно порхают над интерфейсом. — Шелкопряд, Аод и Джей всё ещё на задании. А по остальным форпостам пока тихо, атак не зафиксировано.
— Хорошо. Переводи всех в режим повышенной боеготовности. И пусть патрули утроят бдительность, неизвестно, готовит ли враг ещё сюрпризы.
— Сделаю.
Связь прерывается, а я уже несусь в Телепортариум, расталкивая ошарашенных соклановцев, засидевшихся допоздна в штабе.
Ещё несколько секунд, и вот я на окраине форпоста, там, где полыхает ожесточённая битва. И где Тай в одиночестве сдерживает натиск инопланетного ублюдка, которому помогает целая армия теней.
Десятки электрических залпов сжигают их всех, уравнивания положение.
— Прости, — негромко произносит Ваалис, покосившись на меня. — Надо была вначале прыгать к тебе, но я слишком спешил сюда, не понимая масштаб угрозы. И мои ребята явно прокололись.
— Потом обсудим, — резко бросаю я.
Лютый мороз окружает две мечущиеся фигуры. Воздух искрит от мощнейших всплесков сырой арканы, вспышки от ударов режут глаза даже сквозь визор шлема. Вся эта какофония меркнет на фоне зрелища, разворачивающегося предо мной.
Николай двигается с невероятной скоростью и грацией, кружа вокруг противника смертельным вихрем.
Мечнику приходится несладко — его броня зияет дюжиной проколов, а кожа покрыта глубокими кровоточащими ранами. Стоит любой из них затянуться, как тут же появляется новая. Такими темпами скоро его регенерация не будет успевать за повреждениями.
И всё же он не сдаётся, не отступает ни на шаг. Навстречу чудовищным энергетическим атакам и выпадам плазменных кинжалов он бросает всю свою невероятную ловкость, весь свой талант и богатейший арсенал. На какой-то миг мне кажется, что сейчас Тай не выдержит, дрогнет под натиском, но нет. Вот он вновь оказывается за спиной врага, и лезвие катаны сплетается с
Это поединок не только навыков и способностей, но и несгибаемой воли, абсолютного бесстрашия. Он в полной мере демонстрирует, насколько суров и бескомпромиссен бывает Тай, когда дело касается защиты соратников, особенно тех, кто не может за себя постоять.
Иногда мне кажется, что для него вся жизнь — непрерывная череда вызовов, которые нужно принимать с гордо поднятой головой. И сейчас он раз за разом бросается в пекло, не задумываясь о цене и последствиях для себя, как и подобает самураю.
Наконец, мечнику обрушивает на оппонента всю разрушительную мощь трофейной способности. Огромный водоворот сминает тело инопланетянина, дробит кости и крошит в кашу плоть. Ублюдок ещё пытается кричать, грозить и брыкаться, но стихия неумолима. Через несколько секунд от него остаётся лишь бесформенный комок измочаленного мяса.
Не успевает водяной смерч развеяться, как мы уже бросаемся к своим.
