– Добрый день. Капитан, Поваров. Пожалуйста, права, техпаспорт и страховочку заодно.
Умрихин передал через окно документы и крепко сжал руль, как будто хотел уже сорваться с места.
– Превышение скорости, господин Умрихина. Возражения есть?
– Сколько с меня? – тихо произнес Умрихин.
Гаишник, встав позу самбиста, чуть приосанившись, заглянул в окошко.
– Здрасте, – сказал Ольге, но она даже не посмотрела на него, вытирая глаза платком.
Гаишник довольно присвистнул.
– О, знакомые ароматы.
– Это со вчерашнего, – сказал Умрихин.
Он уже расслабился, и был даже рад этой вынужденной остановке. Им как раз этого не хватало в последнее время, вот так вот остановиться по чужой воле. Да и место было подходящее – на пыльной дороге с окаменевшими окурками по краям, на нейтральной территории.
– Так, мы пешком дойдем. Саша, выходи. И рюкзак возьми. Андрей открой багажник, – уверенно, вмиг поборов душившие ее слезы, распорядилась Ольга.
Умрихин смущаясь, сказал:
– Капитан, жену с ребенком отвезу в аква-парк и назад. Вон он… Хорошо?
– Нет, мы пешком! – громко сказала Ольга. Она нашла в сумочке солнечные очки и точным движением вставила их в волосы, чуть выше лба.
Гаишник прищурился и серьезно посмотрел на Умрихина, оценивая обстановку, потом на Ольгу и Сашу. Он махнул ладонью в сторону аквапарка.
Потом уже Умрихин будет вспоминать эту широкую, размеченную белыми косыми полосами, парковку. Ослеплявшее его сентябрьское, прохладно-жаркое солнце, и две фигуры, отдалявшиеся от него к невысокому заданию с прогнутым бетонным диском крыши. Ольга шла быстро, крепко схватив руку Саши, которая шла с короткими пробежками и вытягивая тонкие ноги, стараясь попасть в такт широких маминых шагов. Всего один раз Саша оглянулась и помахала рукой.
Капитан сидел за рулем своего форда, с установленным на крыше стеклянным брусом проблесковых маячков. Он поглядывал на показатели в трубке и заполнял протокол. На сидении рядом, запрокинув голову и открыв рот спал его напарник с почерневшим от загара лицом.
– Вот всегда же хорошо, когда с людьми по-хорошему – довольно говорил гаишник. – Я ж вижу, супруга ваша расстроилась. Зачем людей еще обижать. И вам оно не надо, скрываться с места, так сказать, административного правонарушения. Я ж вижу, человек порядочный, интеллигентный.
Он снова сосредоточился на протоколе, что-то подсчитывая в уме.
– Видимо хорошо вы вчера посидели, господин Умрихин, – сказал гаишник. – Не намного норму превысили, но… сам понимаешь, отпустить не могу. У нас сейчас месячник борьбы с коррупцией, эсбэ лютует.
Гаишник толкнул напарника:
– Да, Коль?
Напарник, очухавшись, устремил заспанные глаза вдаль, на шайбу аквапарка.
Умрихин набирал номер Вани на своем айфоне. Ему уже хотелось поскорее закончить всю эту канитель, и отправиться в кафе отмечать свое предстоящее – на полгода-год – бесправие.
– Может, и к лучшему. – сказал он. – И зима скоро… Только на штраф-стоянку не надо. Я помощника вызову.
– Да без проблем, – резво отозвался гаишник. – Вот все бы такие понятливые были. А то как скажешь, что права отберут, так начинается концерт. Да я туда, да я сюда, этому позвоню, тому пожалуюсь. Глаза стеклянные, лыка не вяжет, а все-равно туда же. А че, туда-сюда, говорю, сейчас сядешь за руль, бабку собъешь какую-нибудь, и гуляй Вася.
Капитан разошелся, забыв о протоколе, а Умрихин не решался нажать кнопку вызова на телефоне и делал вид, что слушает, в благодарность за то, что тот доверился и отпустил до аквапарка.
– А мне тоже рисковать на кой? Недавно придурки одни из соседнего округа давай такого разводить на тыщу баксов. Домой к нему в какие-то ебеня поехали за кредиткой, потом с этой кредиткой полночи банкомат искали. И что в итоге. Этот пассажир от начала до конца всю эту процессию на камеру – опа! Здравия желаю, товарищи, приехали. Служба собственной безопасности. По многочисленным просьбам рядовых граждан просим вас на два годика в спецколонию… Вот и думай после этого…
– Ебааааать… – послышался сдавленный стон с соседнего кресла.
До Умрихана донесся странный шум, как будто тысячи мешков с цементом рухнули разом на землю, как по команде разом и на разные лады заулюлюкали сигнализации машин. Там, вдалеке, вместо аквапарка стояло густое серое облако.
