Орден джедаев, с трудом переживший раскол в своих рядах, продолжает медленно угасать. Все больше рыцарей обращаются во Тьму. Часть уходит, не в силах наблюдать за разрушением последних осколков древних устоев. И лишь истинные последователи Света продолжают сражаться в надежде вернуть утерянное и сразить внутреннего Врага, почти сумевшего сделать то, что не смогли ситхи.Уничтожить Орден джедаев.
Что такое века для долгоживущих? Тысячелетия? Короткий вдох, за который проносятся эпохи, начинаются и завершаются войны, сменяются поколения. Повторяющиеся конфликты на протяжении всей жизни тех, чей срок имеет смертный предел.
Но Вечные помнят. Избирательно. Тех, кто достойны их внимания и способны хоть ненадолго развеять их бесконечную тоску.
Дочь ощутила, как брат направил свое внимание в нижний мир и… не придала этому значения. Сын любил вмешиваться в жизнь смертных, но никогда не переходил границ дозволенного Отцом. Не мог. Их влияние ограничено добровольно вздетым ярмом, налагающим ответственность за судьбу всего сущего в галактике. Вечная борьба за Равновесие. Таковая их судьба. И наказание за гордыню.
В отличии от Сына, Дочь давно не испытывала эмоций. Такова была ее плата за слияние со Светом. Однако, смотря на увлекшегося брата, она ощутила нечто сродни легкому интересу. Источник беспокойства, заинтересовавший брата и вынудивший его вновь коснуться мира короткоживущих через Силу.
Она стала наблюдать. За ним и за человеком, чей жизненный путь, способный уместиться в миг взмаха крыльев бабочки. Дочь знала, что ее темное отражение не удержится. Сына всегда привлекали сильные личности, потенциально способные взойти на вершину могущества Великой Силы.
Однако, в этот раз он зашел слишком далеко.
Узрев происходящее, Дочь сменила форму и, мощным взмахом крыльев поднявшись в воздух, метнувшись на помощь смертному и успев оттолкнуть Тьму до того, как она прервала его жизненный путь.
– Нет, не смей вмешиваться, сестра! – Дочь окатило удушающей волной гнева и ярости Темной стороны. – Он мой!
– Ты зашел слишком далеко, брат. Оставь его.
– Нет, ты не понимаешь… а-а-а!!! Жалкое ничтожество, да как ты смеешь!
Сын схватился за лицо и отшатнулся от Ока в обрамлении клубящейся Тьмы, создающегося прямой выход в мир короткоживущих. Окно, сквозь которое никогда не пройти тому, кто связан волей Отца.
Дочь повторно атаковала живую Тьму, заставляя ее отступить, а сама краем сознания потянулась сквозь схлопывающееся Око, лишенное подпитки Силы брата.
Взгляды ее и человека пересеклись. На миг сердце Дочери замерло. А затем учащенно забилось, ощутив его Свет. Совсем не такой, как у нее. Гораздо более непримиримый. Обжигающий. Очищающее звездное пламя, призванное уничтожать Тьму, а не сдерживать ее.
Впервые за века… многие тысячелетия, Дочь переживала нечто подобное. Последний раз был, когда она еще жила, а не существовала. Когда могла не просто быть, но ощущать.
«Чувствовать».
Дочь улыбнулась, и одновременно с этим на Мортисе занялся рассвет, заставляя Сыны с криком гнева и боли исчезнуть во мраке своих владений.
– Больше он тебя не тронет, – женщина коснулась сознания человека, погружая его в глубокий исцеляющий сон. – Спи… вестник Разящего Света. Я буду присматривать за тобой.
Созданное Сыном Око схлопнулось, ознаменовав конец долгой ночи и начало нового дня. Под теплым взором Дочери планета расцвела, приветствуя наступление Созидающего Света, дарующего рождение всему живому. Бесконечный цикл рождения и смерти повернулся на новый виток.
После возвращения Фриса с разведки я подрядил его отвечать на бесконечные вопросы Илонии, а сам двинулся на небольшую прогулку вдоль озерного берега. Нужно было привести мысли в порядок и наметить дальнейший план действий, круто изменивший вектор после полученной от нее информации.
Первое: я выяснил, куда все-таки нас переместил Страж. Оказалось, не так уж далеко от места своего комплекса. Улей килликов находился где-то под Джараанскими горами, тянущимися на многие километры через весь здешний регион и заходящими в соседний. В тот самый, куда мне предстояло отправиться по просьбе Доминика в поисках Илонии. И пусть их разделяло огромное расстояние, я не удивлялся, успев понять с рассказала девушки, на что способен коллективный разум килликов. И как далеко на самом деле тянутся их подземные тоннели, вовсе не ограниченные одним палиндромиком.
Но знал ли Доминик, когда отправлял меня за сестрой, что киллики уже как свыше тысячи лет находятся в спячке, а в их старых надземных ходах поселились совсем иные постояльцы? А вот кто его теперь разберет. Не зная правды о своем происхождении, я бы сказал, что да. Решил избавиться от проблемы руками прикормленного обещанной сделкой джедая, которому, пусть и с большой оглядкой, но мог доверять. Но если мое лицо узнала Илония, то, с ее слов, должен был узнать и Доминик. Какое доверие может быть к сыну того, кто пытался узурпировать власть под угрозой массового геноцида?
При всем при этом, фальши при общении с Домиником я не ощутил. Видимо, он просто такая же жертва интриг, в какие вплел меня, отправляя спасать свою сестру. Джедая и единственного выжившего сына Джарваса Ульго в одном лице.
