– Хорошо. – Королева допила чай, убрала с глаз прядь рыжих волос и положила ладони на стол. – Тогда идемте готовиться к вечеру и надеяться, что к восходу луны Деклан вернется в темницу.
Я нервничала, когда в тот вечер мы с Люком подходили к таверне – покосившемуся кирпичному строению, втиснутому между двух пивных, с заросшей мхом и лишайником крышей. Когда мы с братом приблизились, узкие окна подмигнули неровным светом свечей. На нас были завязанные под воротниками черные плащи, на головах капюшоны. На внутренней стороне запястий мы нарисовали чернилами временные полумесяцы. По приказу Изольды мы также носили спрятанные клинки. Нам запретили заходить в таверну или на постоялый двор безоружными, но также и выхватывать кинжалы и вызывать суматоху – разве что в случае необходимости.
Журден с Картье ждали в крытом экипаже на соседней улице, откуда был виден вход в таверну. А еще одной улицей дальше стоял отряд воинов лорда Берка. Они будут ждать сигнала нашего отца, чтобы начать действовать, а отец – того момента, когда мы с Люком подадим знак, что Деклан здесь (подожжем пучки трав).
Мы с братом спрятали в карманах букетики трав. Картье выбрал растения, которые легко воспламеняются и разбрасывают голубые искры. Если мы подожжем их на улице, такой фейерверк будет трудно не заметить.
Я устояла перед искушением оглянуться на карету, зная, что отец и Картье наблюдают за мной. Люк в знак солидарности взял меня под руку, и мы вошли в таверну, словно окунулись в темный пруд.
Здесь было тусклое освещение и воняло немытыми телами и дешевой едой. За беспорядочно расставленными разномастными столами мужчины играли в карты и сидели с кружками. Я оказалась одной из немногих женщин. Мы с Люком уселись за столик в отдалении, я нервно положила руки на липкую столешницу и сразу опустила их на колени.
Мы привлекли внимание: незнакомцы, к тому же подозрительные из-за надвинутых капюшонов.
– Сними капюшон, – прошептала я Люку, осмелившись убрать свой и открыть лицо.
Я подкрасила глаза и нарумянила щеки, а также распустила волосы, и они каскадом падали на правую щеку.
Люк медленно последовал моему примеру, подпер подбородок ладонью и полуприкрыл глаза, словно от скуки. Но я видела, как он рассматривает всех присутствующих в таверне.
Нам принесли кислый эль. Я сделала вид, что пью, а тем временем осматривала помещение. Похожий на медведя мужчина за стойкой полировал дерево, поглядывая на меня с подозрением.
На внутренней стороне его запястья темнела татуировка. У меня замерло сердце, когда я узнала полумесяц.
Я не ошиблась в своих предположениях. Это логово Гилроя. Но если Деклан здесь, то где он? В таверне только один большой зал с единственной закругленной дверью в задней части, ведущей, как я предположила, в погреб.
Хозяин таверны перехватил мой устремленный на заднюю дверь взгляд. Повернувшись, он щелкнул пальцами, словно подавая какой-то зловещий сигнал.
– Наверное, нам нужно уходить, – прошептала я Люку.
– Думаю, ты права, – прошептал в ответ брат.
Как раз в этот момент к нам направился высокий худощавый мужчина с неровным шрамом на лбу.
– Какой Дом? – спросил он, опираясь кулаками на стол, отчего задребезжали полные кружки.
– Ланнон, – без колебаний ответил Люк. – Как и вы.
Мужчина окинул нас обоих взглядом, но остановился на мне.
– Ты не похожа на Ланнон.
Мы с Люком темноволосые. Но я видела Ланнонов со всеми оттенками волос, от рыжеватых локонов Эвана до русых у Деклана.
– Мы просто хотели выпить, – сказала я и потянулась к своей кружке так, что рукав немного задрался и приоткрылся кончик полумесяца. Глаза мужчины прилипли к татуировке, словно у пса, завидевшего кость. – Но, если хотите, мы можем уйти.
Он улыбнулся мне. Зубы у него были желтые и гнилые.
– Простите мою грубость. Я никогда вас раньше не видел. А я знаю большую часть нашей молодежи.
К моему ужасу, он подтянул стул и уселся с нами. Люк напрягся, я почувствовала, что он под столом наступает мне на ногу.
– Скажите, вы с севера или с юга? – спросил мужчина, махнув служанке, чтобы та принесла ему кружку.
Я призвала все свои силы, чтобы не смотреть на Люка.
– С севера, конечно.
Не знаю, понравилось ли это нашему Ланнону. Он по-прежнему не сводил с меня взгляда, полностью игнорируя Люка.
– Мне следовало догадаться самому. Есть в вашей внешности что-то такое…
Девушка принесла ему эль, и он ненадолго отвлекся, но тут же опять поднял глаза на меня и, отпивая из кружки, спросил:
– Кто вас послал? Красный Рог?
Красный Рог… Красный Рог…
Я силилась понять, что означает это странное прозвище и кто это может быть. У Уны Ланнон рыжие волосы, как у Эвана. Мужчина говорит о ней? Могла ли она как-то передать послание из темницы?
– Хотя он предпочитает держать хорошеньких цыпочек поближе к себе, – недовольно пробормотал он.
Значит, Красный Рог – мужчина.
– Он нас не посылал, – осмелилась сказать я, отпивая эль, чтобы скрыть дрожь в голосе.
Люк сильнее надавил мне на ногу. Он хотел, чтобы мы ушли, пока нас не раскрыли.
