Сорняк полностью

На душе скребли кошки.

Спустя несколько дней после убийства полиция арестовала и раскрыла имена многих крупных мафиози. В перечне фигурировало также имя моей жертвы. “Следователи полагают, что арестованные связаны с группировкой Джузеппе Роччеллы, убитого несколько дней назад киллером-одиночкой”.

Эта новость очистила мою совесть. Да, я убил человека, но одно дело убить порядочного человека, отца семейства, и совсем другое дело – уничтожить мафиози, одного из главарей “Коза Ностры”.

Я несколько раз повторил себе эти слова. Но мне так и не удалось вычеркнуть из памяти удивленное и испуганное лицо того человека перед дулом моего пистолета.

Не знаю, сколько раз с тех пор мой первый убитый являлся мне в кошмарных снах. А вместе с ним в мои сны приходили, подобно обезумевшим демонам, другие мятущиеся души.

Подобно тому, как невозможно забыть самые драматические моменты из фильмов ужасов, сцены свершенных мной убийств, словно кровавые реки, выходят из берегов, рушат плотины и переполняют сердце тревогой.

Жертвы являются перед моими глазами одна за другой, с испуганными и умоляющими взглядами. Они преследуют меня, чтобы убить. Они прячутся за припаркованными машинами. Они ждут меня в темных подъездах. Выскакивают из-за кустов, свешиваются с деревьев, стреляют с мчащихся мимо мотоциклов.

И каждый раз я просыпаюсь, дрожа от ужаса и обливаясь потом. Я ощупываю свое тело, пытаясь обнаружить раны, и с трудом убеждаю себя, что по-прежнему жив и спасся от очередного покушения.

Как ни парадоксально это звучит, но первая жертва убийцы – это он сам. Нет и не будет такого места, где он смог бы скрыться от самого себя.

Вкругу наших союзников разошелся слух, что я приложил руку к убийству Роччеллы. Меня стали уважать, и каждый был не против пойти со мной на дело.

У меня выспрашивали подробности: всем хотелось знать, какие уловки я применил, чтобы избавиться от Роччеллы. С видом профессионала я объяснял, что на дело надо идти без маски, ведь большинство осечек случалось именно из-за масок на лице.

Человек, который прекрасно знает, что его хотят убить, носит при себе оружие. Завидев какого-нибудь типа в маске прямо перед собой, он тотчас начинает стрелять. В итоге многие потенциальные жертвы спасаются, исключая редкого бедолагу, который случайно оказался в неурочный час в неправильном месте и попал под шальную пулю.

И мы решили, что отныне и впредь покушения будут совершаться элегантно одетыми киллерами без масок, из малоизвестных семей, к которым обычно не обращались с поручением кого-нибудь убрать.

Используя подобную тактику, мы за несколько месяцев избавились от многих наших врагов.

Моему совету последовали все. Правда, сначала было непросто убедить тех, кто привык носить джинсы и футболки, кожаные куртки и спортивную обувь, облачаться в изысканные костюмы.

Новым “солдатам” пришлось сменить гардероб. В их семьях было не принято носить элегантные брюки, пиджаки и белые рубашки, не говоря уже о галстуке. Убийцам пришлось все это купить. Но так сделали не все. Когда на одну из сходок явились двое парней из Санта-Лучия-дель-Мелы, вырядившись в пиджаки и галстуки, мы чуть не умерли со смеху. Эти ребята напялили отцовские пиджаки, в которых просто утопали. Они напоминали парочку клоунов. Не сразу удалось объяснить им, что, одетые таким образом, они привлекут к себе излишнее внимание.

Так, я убедил их сходить в магазин и купить одежду по размеру, не слишком шикарную. Со временем они поняли, как следует одеваться, чтобы не вызывать подозрений: темные брюки и пиджак зимой, более светлых тонов – летом. Рубашки синие или голубые, а не белые, как на свадьбу.

Некоторые для пущей безопасности предпочитали носить парик, мужской, разумеется, а также накладные усы. Кто-то сообразил обзавестись цветными линзами, которые надевались всякий раз, когда предстояло идти на дело.