Ничего Мэйби не осознаёт! Она уверена, что получила моё любовное послание. Есть только одно объяснение этой уверенности: ей очень хочется, чтобы всё было именно так…
И для чего мне её разубеждать?
Только любопытно, кто послал сообщение? Ошивающаяся поблизости хакер-девчонка, обожательница Мэйби, утратившая самоконтроль от её волшебной фигурки?
В эту версию сложно будет поверить. Стихи ни на что не похожи. Думаю, человек эти фразы, ни написать, ни запомнить не в состоянии, как не способен увидеть Тьму.
А Мэйби декламирует без запинки… Если бы с телефона, интерактивных очков или часов… Но она читает по памяти… На какое устройство пришло сообщение? Мэйби не говорила… Значит, в ней всё-таки чипы…
Кем бы ни был автор, он прав: девушка-друг — это невозможно! Особенно, если она выглядит, как модель — и плевать, что без уха, исцарапанная и худая.
С этим надо заканчивать. Если такая девчонка загонит тебя во френдзону — не выберешься уже никогда!
Как показала практика, можно слегка надавить — и она подчинится. Но ведь, не заорёшь на неё: «Раздевайся!» Может, кому-то она и позволит такое, но точно не мне. Рассмеётся в лицо и уйдёт, скорее всего — навсегда.
Нет, нужен другой подход, тоньше…
Как повезло со стихами!
Разглядываю торчащие из шортиков ноги.
Левую украшают тщательно выведенные золотистым маркером вензеля.
Когда она успела? Я спал без задних ног, а она, в это время, ноги раскрашивала?
Кожа на бёдрах — в мелких царапинках, будто от кошачьих коготков…
Кусты так не поранят. Странно. Никогда не видел её с котом.
В голове всё звенят стихи…
Да… Для кого-то, девушка — это аппетитная попка и грудь, кожа, кости, немного волос. А для кого-то — облако…
Кладу руку на внутреннюю поверхность бедра.
Мэйби закусывает губу.
— Не страшно по городу так расхаживать?
— Как?
— На тебе живого места нет — будто вылезла из измельчителя мусора!
— Издеваешься? Ведь так всё и было… А под камеры, я не суюсь… И вообще, девушкой восхищаются или молчат! Впрочем, это про настоящих мужчин, не про тебя.
— Я восхищаюсь.
— Чтобы девушкой по-настоящему восхищаться, нужно ничего от неё не хотеть. А у тебя текут слюни! Это — совсем, совсем другое.
— Безухий философ!
— Ха! Кто бы говорил! Хакер-поэт! Знаешь, я не комплексую. Новое ухо добыть — не проблема. А если, как у тебя — ума нет, ничего не попишешь!
— Есть чипы.
— Они тебе вряд ли помогут…
— А тебе? Тебе помогают?
Она отворачивается.
Угасающее солнце окрашивает багрянцем её белый топ.
— Угадал? Да, угадал… И зачем он это сделал? Нельзя ставить чипы в несформировавшийся мозг! Ты же растёшь!
— Не расту…
— Что?
— Что слышал! Я не расту. И заткнись!
Нежно кладу руку ей на коленку.
Она вздрагивает.
— Не надо. Это ему не понравится.
— Ты чего? Думаешь, за тобой микродроны слежения летают?
— Вряд ли… Но, он узнает. Ему про меня всё известно… Да! Он всё видит! Даже когда его рядом нет, даже, когда я одна!
— Откуда?
— Понятия не имею! — голос Мэйби срывается. — Но, это точно.
Дотрагиваюсь до царапинок.
— Что это?
— Не твоё дело!
— У меня от тебя нет тайн.
— А у меня от тебя — куча. Тайны привлекают, правда — отталкивает. Знай ты её — не стал бы со мной разговаривать… Поверь… Не пытайся понять девушку, ведь если получится — утратишь возможность её полюбить…
Она заглядывает мне в глаза.
— Думаешь, у меня стоят чипы контроля?
— Не знаю…
— Если так, то однажды — я тебя просто забуду, и всё! — её, без того осунувшееся лицо искажается ужасом. — Я не хочу!
Глажу внутреннюю поверхность бедра.
Мэйби не отстраняется, только кусает губу.
— Кир, это нужно точно узнать.
— Как?
— Просканировать! Меня… Вот я дура! Разгуливала вчера по лабораториям… Ведь минутное дело!
— Для этого подойдёт и обычный медсканер. Они встречаются на каждом шагу.
— Мне не встречаются!
Небеса пламенеют. Надвигается тьма.
— Не хочу тебя забывать… Не хочу терять… Чтобы не забыть, нужно… Нужно настоящее…
Вздрагиваю.
Вся смелость куда-то уходит.
Щёки горят. Потная ладонь сжимает коленку. Сердце стучит, будто на стометровке.
Кто мог подумать, что будет такая реакция!
Приходится повернуться к Мэйби спиной.
Я сосредоточено делаю вид, что изучаю особенности кучевых облаков, когда слышу возле уха сопение, а после — прикосновение воспалённых губ. Руки нежно ложатся на плечи, к спине прижимается горячее тело.
— Кир, я ведь давно тебя знаю. Давно люблю.
Поворачиваюсь и смотрю ей в глаза. Теперь, без страха и ненависти.
— Покажи мне его ещё раз.
— Конечно.
Она снимает топ, кладёт рядом. От груди исходит сияние — зелёное, цвета любви. Слегка наклонив голову, долго смотрит в глаза. Кулон разгорается ярче, добавляя к зелени апельсиновый.
Потом, не сказав даже слова, Мэйби начинает расстёгивать шорты.
И горячие нежные облака забирают меня без остатка.
«5:08»
«Луна лишь одна. Остальные — её отражения…»
Кир распахнул глаза. Луна была на месте — в отличие от Венеры.
«Значит, фразы в начале снов — стихи?»
Это ничего не проясняло, лишь больше запутывало.
«Так, а что там ещё были за строчки? Кажется, что-то про тишину…»
