— Ого! — Эйприл вытаращила глаза.
Поверхность стены покрывали диковинные рисунки...
Белый город на побережье: небоскрёбы и ветряки. Купола океанских ферм и розовые дельфины. Звездолёт, красный спорткар и танк, у которого взорвался боекомплект — башня взлетела над корпусом. Странное мужское лицо, изображённое вовсе без цвета, и рядом — ошейник. Луна, отражённая в глади озёрной воды. Девушка с белыми волосами и странными фиолетовыми глазами.
Центром картины был одуванчик на фоне ядерного гриба.
Эйприл хмыкнула...
— Кир, ты уверен, что с тобой всё в порядке? — она положила ладошку мальчишке на лоб, будто бы измеряя температуру.
«Ну вот, началось! Зачем я ей показал... С другой стороны, стена на виду. Сама бы наткнулась. Лучше уж так!»
Взгляд Кирилла зацепился за беловолосую девушку.
«Да это же Облако, только постарше года на два! Те же ресницы и волосы. Такие же скулы и чуточку раскосые глаза».
Кир подошёл поближе... Засомневался...
«А может, и не она. Девчонки за пару лет очень сильно меняются, да и художник из меня не ахти...»
— А где же олень?
— Вот! Разве не видишь! — Кир показал на покрытый чёрным мехом клубок, из которого торчали белёсые щупальца. Глаза твари сияли алым, как башни накачки.
— Нет, ты точно больной! Какой же это олень!
Эйприл подняла валявшийся под стеной стилограф, изменяющий молекулярную структуру любой поверхности так, чтобы она отражала свет другого диапазона, и подошла к стене.
— Вот, какой он на самом деле! — она стёрла чудище, и, уверенными движениями, будто всю жизнь только этим и занималась, нарисовала другой.
Олень получился зелёным.
— У зверя на голове дерево? — поразился Кирилл.
— Глупый, это рога!
— Зачем?
— Биться друг с другом за самок! Чтобы те могли выбрать лучшего! — задрав нос заявила девчонка.
— Ему надо было всю жизнь таскать дерево на башке, цепляясь за ветки? Всего лишь для самок?.. Да он застрял бы в кустах, и его сожрал хищник! Не может быть, чтобы жил такой зверь! Это сказки!
— Они сбрасывали рога и отращивали опять!
— Чего только ты не придумаешь! Лучше признайся, что вновь наврала!
— Всё, успокойся! Тема закрыта! — Эйприл, засопев, бросила стилограф на землю. В траве что-то блеснуло.
— Смотри! — Кир поднял изумрудный обломок. — Похоже на твой кристалл, только меньше.
Он снял с шеи амулет и поднёс к нему найденный кусочек.
«Похож!»
Блеснуло. Кир зажмурил глаза...
А когда их открыл, вместо двух кристаллов в руках был один. Теперь, когда найденная часть встала на место, камень напоминал букву «Г».
— В этом месте звенел смех маленькой девочки! — вдруг заявила Эйприл.
Кирилл растерялся.
— Девочки? Какой ещё девочки? Что ты несёшь?
Эйприл напустила таинственности на личико...
Откуда ей знать?! Частенько она, как марионетка, повторяла фразы за Маяком. При этом, была уверена: со временем понимание придёт. А глупенькому Кириллу просто сказала:
— Ты должен сам разобраться!
И он, конечно, поверил.
— А где рисовать научилась? — в его голосе слышалось неподдельное восхищение.
— Раньше не пробовала. Кажется, вышло неплохо.
Кир лишь головой покачал... Кому-то приходится упражняться годами, другим всё даётся с рождения — даже, если они никогда не рождались.
— Спасибо, пока! — Эйприл не смогла удержаться.
Кир вздрогнул, услышав знакомую фразу.
— Ты это куда?
