Во дворе надрывалась сирена. Внешние двери позади нас распахнулись, и на крышу ворвался еще один отряд. Я выпустила в преследователей несколько пуль. Внезапно Арктур стальной рукой прижал меня к груди и оттолкнулся от карниза.
Как выяснилось, Арктур Мезартим обладал дьявольской прыгучестью. Преодолев неимоверное расстояние, он уцепился за балкон близлежащей постройки и только потом спрыгнул на землю. Мощный скелет рефаита поглотил импульс, и через секунду мы уже мчались по улице.
– Мы правда собираемся играть в догонялки с верховным инквизитором Франции?! – выпалила я под оглушительный аккомпанемент сирен.
Арктур сунул мне конфигуратор:
– А ты у нас разве не спринтер, Бледная Странница?
Поравнявшись со сквером, я одной рукой прижала ткань к лицу. На полдороге сорвала с себя украденную куртку – в подкладку могли вшить жучок.
Сирены завывали со всех сторон. Под сенью деревьев мы обогнули площадь Согласия. Метель разыгралась не на шутку. Мой свитер промок насквозь, с волос капало, ноги горели в легких ботинках. Даже очутись здесь кто-то из легионеров – хотя все отряды согнали к отелю «Гаруш», – вряд ли бы нас заметили.
Справа, над кронами деревьев, высилась Эйфелева башня. Алый столп света бил сквозь решетку, раскрашивал фонтаны – отчего они напоминали озера магмы – и обелиск в центре площади. Совсем скоро все достопримечательности Парижа окрасятся багряным – символом смертельной опасности. Менар официально объявил красный уровень угрозы.
Не выпуская мою ладонь, Арктур тащил меня за собой с нечеловеческой скоростью. Когда-то за мной было не угнаться. А сейчас легкие пылали.
– Не могу… – прохрипела я. – Задыхаюсь. Арктур…
– Стефан ждет нас под эстакадой.
Еще немного. Выдюжу. Справлюсь.
Арктур резко увлек меня за угол, дальше дорога шла чуть под уклон. На островке между двумя полосами стоял автомобиль. Мимо проносились машины. Арктур распахнул заднюю дверцу, втолкнул меня в салон, сам втиснулся следом. Не дожидаясь, пока мы захлопнем дверь, Стефан сорвался с места и растворился в транспортном потоке.
– Отлично! – похвалил андрогин. – Кто-нибудь отследил вас до эстакады?
– Нет, – откликнулся Арктур.
– Отрадно слышать. – Стефан покосился на меня. Я захлебывалась кашлем так, что ребра трещали. – Флора, с тобой все нормально?
Сил хватило только на кивок.
Стефан ехал аккуратно, не превышая скорость. Я стянула мокрый свитер и, корчась от боли, прижалась к Арктуру. Он накрыл меня полой пальто. Наконец мне удалось немного перевести дух.
– Стефан, разве «Манекен» спасает разведчиков из плена?
– За спасение благодари своего приятеля. – Андрогин не отводил взгляда от дороги. – Он взял всю операцию на себя. Дюко согласилась обеспечить огневую поддержку и транспорт на случай, если вы сумеете выбраться.
– Спасибо.
Темные глаза уставились на меня из зеркала заднего вида.
– Выглядишь отвратительно. Звонить Кордье?
– Да.
На следующем перекрестке Стефан повернул направо, к позолоченному мосту Инквизиции, тут же над Сеной парил вертолет. Я привалилась к Арктуру и задремала. Тепло его тела и мерный ход автомобиля убаюкивали.
У Парижского университета Стефан ударил по тормозам.
– Дальше ехать небезопасно. – От одной мысли, что придется двигаться, у меня подкосились ноги. – До явки доберетесь пешком, только соблюдайте предельную осторожность. Дюко и Кордье проведают вас завтра вечером. До тех пор затворите ставни и сидите тихо.
– Спасибо, Стефан, – поблагодарил Арктур.
– Обращайтесь.
Мы выбрались из салона в разбушевавшуюся пургу. Арктур достал из голенища зонтик, привлек меня к себе и заслонил нас обоих от метели. Едва Стефан умчался, мы тронулись в путь. На подступах к берлоге я чуть не падала в обморок. Поддерживая меня за талию, Арктур запер дверь, и мы плюхнулись на ступеньки, мои руки обвились вокруг шеи рефаита.
– Я знала, что ты придешь за мной, – бормотала я, уткнувшись в пахнущее морозом пальто. – Знала.
– Спасти тебя из архонта не получилось. – Его голос волной проходил через нас обоих. – Но больше я тебя не покину.
Я прижалась к нему пылающей щекой. Вопреки всякой логике мне в очередной раз удалось выбраться из сайенской крепости целой и невредимой. Мы с рефаитом представляли единое целое. Его ладонь покоилась у меня на спине.
Снаружи завывали сирены, стрекотали лопасти вертолетов. Мимо промчался автомобиль, ослепив нас алыми всполохами проблесковых маячков. Арктур крепче стиснул меня в объятиях.
– Они захватили Португалию, – зажмурилась я. – Гонсалвес скоро капитулирует.
– Наслышан.
Арктур уперся подбородком мне в макушку. Веки у меня слипались. Побег измотал мой организм и фантом до предела.
В конечном итоге Арктур отнес меня наверх. Моих сил хватило только соскрести конфигуратор, раздеться и рухнуть в постель. Сон шарахнул по мне, точно обухом топора.
Меня разбудил стук капель по стеклу. Проснувшись, я первым делом увидела на одеяле гроссбух.
Сквозь ставни сочился серый свет. Меня бил озноб, голова была чугунная. Щеки горели. Болело все, что только можно, однако каким-то чудом я была жива.
