Колеса несколько раз подпрыгнули, и мы резко набрали высоту, пересекая линию цветных огней внизу. Впереди прорезался описывающий круги луч авиационного маяка. Клейншмидт похлопал меня по колену, приложил палец к губам, поставил мой саквояж так, что тот оказался прижатым его ногой к стенке. Вне моей досягаемости. А раз так, — он закрыл глаза и почти сразу начал храпеть.
Я и не думал, что он спит. Нечто вроде ловушки расставил? Чтобы посмотреть, не попытаюсь ли я достать что-нибудь из своего саквояжа. Краем ботинка он упирался в угол саквояжа, так что почувствовал бы сразу, если б я попытался дотронуться до саквояжа.
Мысленно я вернулся назад, к встрече в поезде: вспомнил, как он схватил саквояж и с тех пор не выпускал его из рук. Потом — как обследовал мою рубашку около уборной. Очевидно, на самом деле начальника полиции кто-то «навел» на меня…
Ластер, начальник полицейского управления, свирепо посмотрел на меня через стол и рявкнул:
— Садитесь!
Я пододвинул к себе стул, сел. Клейншмидт устроился в дальнем конце комнаты.
Я оглядел кабинет, посмотрел на окна.
Рассвет только разгорался. Длинные ленты облаков на востоке окрашены в яркий оранжевый цвет; красновато-розовый отсвет лег даже на щеки начальника полицейского управления. Электрические фонари снаружи выглядели уже слабыми и бледными, но утро только-только подходило к городу, без искусственного освещения еще не обойтись.
— Ваше имя Дональд Лэм и вы утверждаете, что вы частный детектив. Так?
— Верно.
— Работаете в детективном агентстве Б.Кул?
— Да.
— Вы прилетели в город вчера днем на самолете, правильно?
— Да.
— И сразу же начали заваривать кашу?
— Нет.
Ластер изогнул брови.
— Нет? — саркастически переспросил он.
— Нет. Скорее меня пихнули в самую гущу каши.
Начальник подумал, не насмехаюсь ли я над ним.
— Нет? Но… разве не вы вовлекли в происшествие лейтенанта Клейншмидта, вступили в драку со служителем в «Кактусовой роще», а затем подрались на улице с человеком по фамилии Биган?
Я пожал плечами.
— Служитель в «Кактусовой роще» ударил меня.
И вызвал полицию. Прибыл лейтенант Клейншмидт. Что касается того, другого, то он ни с того ни с сего накинулся на меня и Клейншмидта. Лейтенант бросился за ним, но тот человек бежал… очень быстро.
Я искоса взглянул на лейтенанта. Он сидел, ухмыляясь. Ему понравилась предложенная мной версия «происшествия» с тремя драками.
Ластер попытался зайти с другого конца.
— Вы вчера навещали Хелен Фрамли, правильно?
— Да.
— Откуда у вас ее адрес?
— Его мне дал клиент нашего агентства.
Начальник заглянул в какие-то записи на своем столе, поднял глаза и спросил:
— Гарри Биган ее дружок, верно?
— Понятия не имею.
— Похоже, что это было так.
— Не мне судить.
— Вы были в том поезде на Лос-Анджелес, который отбывает отсюда в девять двадцать?
— Это верно.
— Едва успели на этот поезд, правильно?
— Нет, неправильно.
— В какое же время вы сели в поезд?
— Как только состав прибыл на вокзал.
— Вы хотите сказать, что вы ожидали на вокзале и сели в поезд, как только он остановился?
— Именно так.
— Лэм, обдумайте свой ответ хорошенько, он может в корне изменить все дело.
— Для кого?
— Для вас… среди всех прочих.
— Я затрудняюсь найти какую-либо вескую причину, почему я должен тщательно размышлять о том, в какое время я сел в поезд.
— Вы собираетесь придерживаться вашего, ответа?
— Совершенно верно.
— Вы не садились в поезд прямо перед его отходом?
— Нет.
— Может быть, вы сели в поезд, когда он уже некоторое время стоял у перрона?
— Нет.
— Вы сели в вагон, как только поезд остановился?
— Нет, я подождал, пока выйдут другие пассажиры.
Это заняло минуты две, не больше.
— Значит, вы стояли рядом с вагоном, ожидая, пока выйдут другие пассажиры? Так?
— Правильно. И к чему этот вопрос ведет?
— Сначала я хочу побольше разузнать об этом поезде. Вы были на вокзале в девять ноль пять?
— Я был на вокзале уже около девяти часов.
— Где именно на вокзале?
— Со стороны городской площади, где было прохладнее.
— О! — Ластер воскликнул так, будто поймал меня на каком-то катастрофическом признании. — Значит, вас не было внутри вокзала?
— А разве я говорил, что был внутри?
Он нахмурился.
— Вы ожидали поезда, находясь снаружи?
— Верно.
— В течение какого времени до прихода поезда?
— Не знаю. Минут пять, может, десять.
— Встретили вы там кого-нибудь из знакомых?
— Нет.
Начальник глянул на Клейншмидта.
— Введите Клатмеров, Билл.
Клейншмидт вышел из кабинета через ту дверь, что открывалась в коридор.
Я спросил начальника полицейского управления:
— Теперь, когда я ответил на все ваши вопросы, может быть, вы скажете мне, в чем дело?
Но тут вошла женщина, соседка Хелен Фрамли; на шаг позади — ее муж. Они выглядели так, будто провели бессонную ночь. Глаза покраснели, а щеки набрякли.
Ластер спросил меня:
— Вы знакомы с мистером и миссис Клатмер?
— Я встречался с ними.
— Когда вы в последний раз видели их?
— Вчера.
— В какое время?
— Не помню.
— Видели ли вы их вчера вечером после восьми тридцати?
— Нет.
Начальник обратился к Клатмеру:
