Ответа не было долго. Очень долго. Я мучительно ждал письма от той, которую не любил, но той, с кем теперь связан навсегда. Почему навсегда? Потому что скоро на свет появится ребенок, в жилах которого смешается моя и ее кровь. Да, мне придется отказаться от положения главы рода, придется отказаться от фамилии, но я навсегда останусь его отцом и частью семьи. Я буду рядом с ним, даже если Николас будет против, даже если мне это дорого обойдется. Я не откажусь от него, я его воспитаю, дам то, чего сам был лишен — семью. Чего бы мне это ни стоило. Если Ромильда не захочет остаться с нами по собственной воле, я ее заставлю. Я лишу ее права выбора и привяжу к роду Поттеров навечно. Она не сможет уйти. Смыслом ее жизни станет сын. Сын, которого она не хотела. Которого не хотел я. Но теперь все изменилось. И я знаю, я уверен, что смогу это сделать.
Я сам не понимал, почему так остро воспринимаю предстоящее рождение своего сына, но ничего не мог с собой поделать. Хуже всего было то, что я не мог ни с кем поделиться своими чувствами. Мне хотелось поговорить с Ярославом, как раньше рассказать обо всем, что со мной происходит, но не мог. Каждый раз, глядя на него, я видел что-то в его глазах, что не давало мне покоя. Какая-то одержимость. Гермиона была все время погружена в книги. Она готовилась к чему-то, чего я не понимал. Экзамены из всего этого занимали хорошо, если треть. Я же к экзаменам не готовился вообще. Все, что мы проходили на уроках, я помнил и мог воспроизвести с легкостью. В последнее время я только и делал, что слушал преподавателей. Больше мне не чем было заняться. Наши «сеансы» с Эмили и Ярославом прекратились. Ничего не было уже две недели. Мне это было не так нужно, так что я не настаивал. Похоже, что работа Эми со мной уже закончилась и моя энергетика пришла в норму. Сам я особых изменений не чувствую, но так же и не чувствую того сексуально голода, что преследовал меня раньше.
-
Ответ от Ромильды пришел через пять дней. Красивым каллиграфическим почерком на небольшом листе пергамента было выведено несколько фраз.
Дорогой мистер Поттер. Моя дочь, Ромильда Вейн, сейчас находится не в том состоянии, чтобы дать вразумительный ответ. Однако я смею утверждать, что как минимум на год, после рождения мальчика Вы можете на нас положиться.
Зная Ромильду, я мог с точность сказать, что она устроила истерику и ни в коем случае не хочет оставаться. Только вот ее мать настолько расчетлива и меркантильна, что уговорит дочь на необходимые шаги. Или заставит. Ее выгода мне понятна — пока Ромильда является несовершеннолетней, Изабель может с ее помощью организовать себе безбедную старость. За мой счет. Вдвоем мы сможем уговорить ее остаться, только вот я не уверен, что как только ей исполнится семнадцать, она не сбежит. Ромильда хочет жить в свое удовольствие и блистать. Она молода. Я тоже, только вот груз ответственности выдавливает из меня все мои детские мечты, заставляя принять суровую реальность. Я не могу облажаться.
-
Гриффиндор! — скандировали трибуны, когда я пролетал мимо них с зажатым в руке снитчем. Мы победили! Команда пуффендуйцев продержалась против нас двадцать одну минуту, после чего я поймал снитч и закончил игру с разгромным счетом 380:10. Наша команда стала заметно сильнее, даже учитывая то, что особо никаких хитроумных тактик мы не использовали. Просто мы были сильнее, быстрее и ловчее. Еще бы, не смотря ни на что, каждый день в шесть утра мы выходили на тренировку и оттачивали свои навыки. Это принесло свои плоды. Впереди нас ждал еще один матч с Когтевраном, но я уже знал, чем он закончится.
— Поздравляю, — услышал я, выйдя из общей душевой.
Убрав с головы полотенце, я поспешно прикрыл им свои гениталии. Конечно, это было глупо, ведь он видел меня голым уже не в первый раз, но в последнее время мы находимся не в тех отношениях, чтобы я вот так запросто стоял перед ним в чем мать родила. Ярослав выглядел как-то по-другому. Даже не могу сказать, что именно в нем изменилось, но сердце мое отчаянно сжалось, ведь передо мной сейчас стоял почти тот самый Ярослав, которого я знал, а не та его обезумевшая версия.
— Спасибо, — ответил я и прошел мимо него к шкафчику с одеждой, попутно оборачивая бедра мокрым полотенцем.
