— Вы слишком молоды и ни черта не знаете об этой жизни! Когда пройдет первая волна эйфории, и вы столкнетесь с бытовыми трудностями, поймете, что у вас нет ничего общего. Поверь моему опыту.
— Мы преодолеем все вместе.
— Признайся, это Юра тебе подкинул идею? — второй раз папа цепляется за его родителя.
— Я не понимаю, о чем вы опять говорите. Не вижу смысла в нашей дальнейшей недружелюбной беседе.
Он собирается отключиться, как в трубке раздается:
— Передай Кристине, что у нее ровно неделя, чтобы одуматься и вернуться, — после чего раздаются гудки.
Неужели все закончилось? Не могу поверить.
— Странно, что дядя Коля не пришел сразу сюда, — Влад также не до конца осознает случившееся.
— Папа был убежден, что я послушаюсь и прибегу обратно, — сглатываю ком в горле и смотрю на него.
— Маленькая моя, я никому тебя не отдам, — его влажные от волнения пальцы дотрагиваются до моего подбородка.
— Не такая уж и маленькая, аж сто семьдесят сантиметров, — наблюдаю, как он медленно наклоняется вперед. — А ляжки…
— Сочные, манящие. Крис, ты доиграешься.
Воздух вокруг электризуется.
— Я не…
Парень засасывает мою нижнюю губу, будто заманивая в сети и обещая наслаждение. Поцелуи, как звезды на ясном небе, ложатся россыпью на мое лицо, шею. Влад укладывает нас на диван.
— Моя девочка, только моя, — его язык скользит ниже и очерчивает ключицы.
— Влад… — сама не знаю, что пытаюсь сказать.
— Мне нравится, когда ты произносишь мое имя. Продолжай, — похотливые нотки вгрызаются в сознание, распаляя сильнее.
— Влад… — если бы он только знал, как мне нравится его имя.
Я уже мало что соображаю, задирая футболку на его напряженной широкой спине. Чувствую его вес на себе, чувствую его возбуждение. Он завладел моими мыслями, просочился в каждый уголок души, сжигая ее. Это какое-то сумасшествие, его руки везде.
— Крис, — Влад постоянно шепчет мое имя…
Как-то незаметно домашняя майка оказывается приспущена, и Влад ласкает языком грудь, то и дело, захватывая затвердевший сосок ртом. Никому я не позволяла таких вольностей прежде. Не хватает сил его остановить, да и надо ли. Мужские пальцы проходятся по краю шорт, и я понимаю, как быстро успела возбудиться. Туман в голове смешал реальность с фантазиями…
Неожиданное прикосновение к шрамам вмиг охлаждает мой пыл:
— Влад, подожди, — становится некомфортно, настрой исчезает, как и не бывало.
— Я что-то сделал не так? — он озадаченно и с беспокойством смотрит на меня.
— Нет. Прости. Просто я… я еще не готова, — позорно отворачиваюсь.
— Прости, это я зашел слишком далеко, — резко пропадает тяжесть его тела. Влад возвращает ткань на место и натягивает лямки на плечи.
Я вижу, как он тяжело дышит и сбивчиво поправляет одежду.
— Это будет тяжелее, чем я думал, — озадаченно ерошит волосы, не поднимая глаз. — Давай досмотрим фильм.
Он отодвигается и возвращает комедию до того момента, где нас отвлекли. Лишь невесело усмехаюсь его способу отгородиться, когда он стискивает подушку. После звонка папы наступает некоторое облегчение, хотя чего я ожидала? Как будто он ворвался бы сюда и силой уволок домой. Теперь же я не могу полностью расслабиться, вспоминая жаркие прикосновения одного очень несдержанного юноши, который усердно создает видимость спокойствия на другом краю дивана, одновременно с тем убийственно вздыхая. Когда мы с горем пополам досматриваем эту несчастную комедию, время приближается к двенадцати.
— Будем укладываться, а то завтра рано вставать, — Влад поднимается и собирает с пола остальные подушки, раскиданные ранее.
— Почему?
— У меня совещание, у тебя курсы английского, — он по-прежнему не смотрит на меня.
— Мне все-таки надо их посещать?
— Хорошее знание языка никогда не помешает. Тем более будет чем заняться, пока я работаю.
— Наверное, ты прав. А где я буду спать?
— После того, что у нас чуть не случился секс, ты еще спрашиваешь? — Влад сдерживает рвущуюся наружу улыбку.
— Поэтому и спрашиваю, — похоже, мой черед смущаться.
— Боишься меня? — он соблазнительно облизывает губы, снова вызывая желание.
— Больше себя, — оставляю парня в недоумении и ухожу в ванную комнату.
Остудив себя прохладной водой, надеваю длинные шорты и футболку для сна. Мне даже кажется, такой вид вызывает разочарование у Влада, но он стойко помалкивает, закрывая плотные шторы и расправляя постель.
— Спокойной ночи, Крис, — целомудренно целует и ложится.
— Спокойной ночи, — пищу, одновременно вспоминая, как дышать после созерцания обнаженного сногсшибательного торса Влада. Его сложно обвинить в стеснительности.
