Сон никак не идет ко мне, уже и Влад сладко посапывает. Тихонько выползаю и крадусь на кухню. Налив воды, в кромешной темноте задерживаюсь у окна и любуюсь ночными улицами. Разве утром я могла представить, что буду сейчас не в своей кроватке. Снаружи слышен рев моторов мотоциклов, что периодически пролетают по пустынной дороге. Наш дом находится вне курортной части, поэтому они ведут себя свободно. Смотрю на выключенные мониторы и клавиатуру, пытаясь принять тот факт, что я теперь такая же часть жизни Влада, как и они. Интересно, какое место мне предназначено? Или в конечном итоге папа окажется прав: получив запретный плод, парень охладеет? Возможно, симпатия только потому и держалась столько лет. А я? Если так произойдет, что мне достанется доселе недосягаемая свобода, то выдержу ли я боль расставания? Хочу ли этого? Я совсем запуталась.
Что важнее: свобода или Влад?
С утра просыпаюсь раньше нужного из-за того, что мне жарко. Несложно догадаться, кто виновник: Влад прижимается сзади, закинув конечности сверху, а ведь укладывались с противоположных сторон. С трудом выползаю из-под тяжелого парня, чувствуя себя разбитой и невыспавшейся. Чтобы взбодриться, принимаю прохладный душ и наливаю огромную кружку ароматного кофе, усаживаясь за стол. Яркие солнечные лучи отражаются от глянцевых поверхностей и заливают кухню, заставляя меня щуриться и улыбаться от удовольствия. Сложно вспомнить, когда я чувствовала подобную легкость и предвкушение чего-то хорошего, каждый день дома был походом по минному полю.
— О, кофе, мне тоже надо!
Утро в одиночестве заканчивается, стоит только появиться заспанному Владу, шоркающему босыми ногами по полу. Это просто невообразимое милашество: так бы и потискала за щечки, растормошила и без того растрепанные непослушные волосы. А когда он чешет заросший подбородок, я вовсе улетаю в астрал.
— Как спалось? — пытаюсь вернуться в реальность.
— Отлично.
Твою мать, зачем так потягиваться, оставаясь в одних шортах? Я сейчас со стула упаду от вида его подтянутого тела.
— А тебе? — он словно насмехается.
— Пойдет, — прячу смущенное лицо за чашкой.
Влад наливает горячий напиток и довольный садится напротив. Мне кажется, или он строит глазки.
— Сегодня и завтра я смогу отвезти на занятия, потом уже нет. Милая моя Крис, рано или поздно тебе придется сесть за руль Камри.
— Еще раз нет, — отрицательно качаю головой. — Никто не отменял общественный транспорт.
— Ну посмотрим. Ты такая смешная, когда препираешься.
Наверное, мы и дальше сыпали миролюбивыми колкостями, если бы не раздался внезапный звонок моего телефона.
— Кто это? — Влад хмурится, становясь предельно серьезным. Очарование момента исчезает, будто и не бывало.
— Не знаю, — сама теряюсь в догадках.
К счастью, это Феечка.
— Привет, Ириночка Владимировна.
— Прихожу, значит, на работу, Любовь Георгиевна и Николай Викторович разговаривают сквозь зубы, а тебя вообще нет! Кристина, что происходит? — тревога в голосе женщины расстраивает. Я не хотела ее пугать.
— Вчера папа застукал нас с Владом, категорически запретил встречаться, и я ушла из дома, — выпаливаю на одном дыхании краткое содержание предыдущей серии, вернее прошедшего дня. А ведь звучит не так уж и плохо, как казалось на первый взгляд. — Ничего страшного.
— Люди добрые, что ж это твориться-то такое! Ну почему не позвонила, мы бы что-нибудь придумали, — она сокрушается, не соглашаясь со мной. — Или дождалась бы сегодня. Утро вечера мудренее.
— Ириночка Владимировна, я не жалею о своем поступке.
— Все-таки мальчик этот принес смуту в дом, права я была, — Феечка охает и ахает. — Тебе что-то нужно: вещи, деньги? Я немного успела поднакопить.
— У меня все есть, не беспокойся.
— Кристиночка, ну как же… — она опять начинает причитать. — В глубине души я подозревала, что ты сделаешь как Игорь и однажды уйдешь, но не так же скоро!
Ощущаю некоторый стыд, потому что разочаровала ее. Пожалуй, Феечка единственная, с кем я бы намерено так не поступила. Но разве существовал иной выход? Ждать несколько лет, пока не стану полностью самостоятельной? Была бы я нужна Владу, или он мне? Родители с легкостью могли найти жениха. И тогда надо было бы терпеть? Вон к Давиду отпустили без лишних разговоров.
— Не переживай, будем держать связь.
— Чтобы ежедневно звонила. Я должна быть уверена, что ты жива и здорова.
— Хорошо.
— Пообещай!
— Обещаю каждый день передавать сводку новостей, чтобы ты знала: меня не прирезали или я не ночую под мостом.
— Кристина!!! Типун тебе на язык!
В ответ смеюсь.
— Ладно, пойду работать, — гнев сменяется на милость с нотками обиды.
— Пока, Ириночка Владимировна.
— Пока.
Влад внимательно следил за нашим разговором.
— Вы очень близки, — задумчиво крутит стакан. И мне не нравится его озадаченный вид. Подсознательно начинаю ожидать подвох, жизнь с родителями выдрессировала.
— Да, я же рассказывала тебе про Феечку.
— Угу, — он продолжает о чем-то размышлять. — С ней ты другая, открытая.
— Я вроде с тобой такая же.
— Нет, ты как будто сдерживаешься со мной.
