Его взгляд упал на Райли, которая посмотрела на него с благодарностью. Как будто слова Кена спасли ее от худших страхов.
Повисло напряженное молчание.
Ник прочистил горло:
– Кен, почему бы тебе не пойти со мной? Я собираюсь принести что-нибудь попить.
Алекс и Эмили уселись на неудобные стулья из твердого пластика, в то время как Кен ушел вместе с Ником, их тяжелые шаги удалялись по коридору. Алекс взяла сестру за руку. Не находя слов, способных передать ее чувства, она надеялась, что этот жест скажет достаточно.
Райли и Уиллоу недолго оставались рядом. Они произнесли еще несколько слов утешения и поддержки и ушли за несколько минут до того, как Ник и Кен вернулись из кафетерия, неся на картонном подносе четыре бутылки воды и кофе. Ник раздал воду, оставив кофе для себя.
Эмили встала, чтобы сходить в уборную.
Обращаясь к Летти и Джею, Кен сказал:
– Уже поздно. Я могу отвезти вас обоих домой. Алекс, Ник, вас тоже. Всем вам сейчас нет необходимости находиться здесь.
Джей все еще выглядел встревоженным. Он неловко переминался с ноги на ногу, засунул руки в карманы, будучи едва в состоянии встретиться взглядом с Кеном.
– Спасибо, но моя мама уже в пути. Она может отвезти нас домой.
Вернулась Эмили и обратилась к Кену:
– Детям не нужно здесь оставаться. Почему бы тебе не отвезти их домой и не приехать назад?
Кен сделал глоток воды.
– Аманда приедет за ними.
– Кто? – не поняла Эмили. – Что еще за Аманда?
Кен запнулся, поправляя себя.
– Я имею в виду Мэнди. Разве это не сокращение от Аманды?
Эмили взглянула на Алекс и почему-то смутилась.
– Думаю, да. Может быть.
В этот момент появилась Мэнди с Самиром. Она оторвалась от мужа, чтобы обнять Джея.
– Что случилось? – спросил Самир. – Джей сказал нам, что у Дилана случился передоз. С ним все в порядке?
– С ним все будет в порядке благодаря вашему сообразительному сыну, – ответила Алекс. – Если бы он не понял, что Дилан в критическом состоянии, и не знал, что нужно вводить наркан, все могло бы закончиться намного хуже.
Про себя она была согласна с Кеном, что для Джея было странно иметь под рукой спасительное средство.
Самир в замешательстве посмотрел на своего сына:
– У тебя есть наркан? Зачем? Джей, ты…
Джей прервал своего отца:
– Я не употребляю наркотики, папа. Не волнуйся. Однажды в колледже я столкнулся с передозировкой и решил, что эта штука всегда будет у меня под рукой.
– Очень предусмотрительно, – произнесла Мэнди с гордостью и слезами на глазах.
– Спасибо Богу за Джея, – возрадовалась Эмили. – Мы могли потерять нашего сына. Я не могу такое себе представить.
– Не можешь. – Мэнди вытерла глаза.
Она произнесла эти слова с такой железной уверенностью, что Алекс снова задалась вопросом, о чем недоговаривает ее соседка.
Эмили посмотрела на Кена, затем снова на Мэнди. Выражение ее лица сменилось с благодарного на вопросительное.
Самир напрягся.
– Мэнди, пойдем, – проговорил он. Это был приказ, а не предложение, и мужчина повернулся, чтобы уйти.
К собравшимся подошел полицейский, одетый в синюю форму. Он был молод, но держался уверенно:
– Прошу прощения. Я офицер Грейди О’Брайен из полицейского управления Мидоубрука. Я ищу родителей Дилана Эдера. – Он вгляделся в лица присутствующих взрослых.
– Я Эмили Эдер, мать Дилана.
– Я слышал, с вашим сыном все будет в порядке, – посмотрел на нее офицер О’Брайен. – Но мне интересно, знаете ли вы некоего Эвана Томпсона.
– Он наш сосед, – ответила Эмили. – Почему вы спрашиваете?
– Я хотел бы поговорить с ним, – сказал О’Брайен.
– О чем? – поинтересовался Кен. – Какое он имеет отношение к Дилану?
– Дело в таблетках, которые Дилан принял сегодня вечером, – объяснил О’Брайен. – Согласно рецептурному пузырьку, который мы нашли на месте происшествия, они принадлежат мистеру Томпсону.
Глава 34. Летти
Печаль закрадывается в мою грудь, когда я смотрю, как за кухонным окном падает снег. Хлопья крупные и пушистые, их легко разносит ветер, окутывая город белым покрывалом, будто Мидоубрук заключен в снежный шар. Это идеальная картина, в отличие от самих праздников.
В другой жизни мы с папой слепили бы снеговика. Теперь мы ссоримся из-за колледжа. Мама все еще пьет. Райли все еще глотает таблетки. Дилан пытался покончить с собой. И я все еще чувствую себя ответственной.
Раздается звонок в дверь, и Зои сходит с ума. Уверена, она думает, что это парень из служды доставки, который всегда приносит собачьи лакомства. Я удивлена, увидев Райли, стоящую снаружи. Она в ужасном состоянии – ее волосы мокрые от снега, лицо бледное и осунувшееся, глаза красные и опухшие. Уверена, она плакала.
– Мы можем поговорить? – спрашивает Райли. – Извини, я бы написала смс, но я все еще не могу найти свой телефон.
– Конечно, – отвечаю я. – Пойдем наверх.
Моя мама хочет знать, кто стоит за дверью.
– Райли! – кричу я, пока мы спешим в мою спальню.
