Сегодня ему предстоял сложный денек. Мало того что требовалось выполнить десяток поручений шефа, зафиксированных на клейких листочках, которыми была залеплена вся стена за его спиной, так еще нужно было скопировать для ФСБ кое-какие документы по финансовой деятельности. Это задание было получено Бобриковым еще месяц назад, но из страха, что его могут замести и после этого им займется служба безопасности банка, которой Бобриков боялся как огня, он откладывал все на потом и каждое утро обещал себе, что он обязательно сделает это завтра. Но приходило завтра, и ничего не менялось. То у него было плохое настроение, то слишком много работы, то совещание у шефа, а то и вовсе было невыносимо страшно.
Но сейчас Бобриков отчетливо понимал, что он должен сделать копии именно сегодня, любой ценой. Не пойдет же он с пустыми руками к фээсбэшнику. Да и что он сможет сказать в свое оправдание? Что не было свободного времени, когда документы все время фактически лежали под рукой, только в кабинете начальника?
Олег нажал кнопку вызова лифта и посмотрел на наручные часы, стрелки которых неутешительно говорили ему о том, что он изрядно опаздывает. Тем временем на площадке перед лифтами нарисовалась красивая девушка, наверное чья-нибудь секретарша, которых тут было немерено.
Бобриков тут же почувствовал, как неприятно засосало под ложечкой и как стало тревожно на душе. Он готов был убежать куда-нибудь, только бы не стоять с ней рядом. Олег всеми фибрами души хотел построить отношения с противоположным полом, но при появлении очередной красотки неизменно терялся и не мог выдавить из себя ни одного умного слова, ощущая себя полнейшим ничтожеством. Его сковывал такой сильный страх, что хотелось плакать навзрыд. Сколько раз Бобриков убеждал себя в том, что тут нет ничего страшного и он все себе выдумывает, но ситуация повторялась с пугающей регулярностью, и иногда он уже хотел показаться психологу, но не делал этого, боясь выглядеть слабым и тупым.
Лифт, мягко шурша тросами, подъехал через пару минут. Бобриков шагнул в его кабинку вслед за девушкой. Та была одета так, словно после работы, не возвращаясь домой, ехала подрабатывать в ночной клуб стриптизершей.
Вызывающе длинные ногти, выкрашенные красным лаком, желтовато-белые волосы, на которые их владелица наверняка израсходовала не одну упаковку краски, туфли на высоченном каблуке и обильно использованная косметика вкупе с накладными ресницами. Юбка была чуть выше колена, а в расстегнутой на две пуговицы блузке хорошо просматривалась грудь четвертого размера в красном бюстгальтере.
Надо ли говорить, что Бобриков, оказавшись в одном лифте с этой секс-бомбой, почувствовал себя крайне неловко и даже пожалел о том, что не остался на первом этаже подождать следующего лифта. Но двери уже закрылись, и он не мог выскочить.
Кашлянув и глядя куда-то в сторону, Бобриков ватным голосом пациента, который находился на приеме у стоматолога, спросил у блондинки, какой ей нужен этаж. У него даже задрожал голос от волнения.
Доехав до своего этажа, Бобриков пулей вылетел из лифта, настолько он чувствовал себя напряженным и скованным, и поспешил юркнуть в свой кабинет, надеясь, что начальник тоже задерживается.
Поспешно сбросив мокрый плащ, он повесил его на вешалку в шкаф, включил компьютер и уселся за стол, напустив на себя нервно-сосредоточенный вид, как будто решал сложнейшую проблему, с которой раньше никогда не сталкивался.
Интуиция не подвела его, потому что через пару минут секретарша шефа Марина заглянула в его кабинет, который фактически был тамбуром в кабинет начальника, где располагалась еще и приемная.
Бобриков поздоровался с ней и уткнулся в бумаги, думая о том, как бы это ему сделать копии важных документов, которые лежали на подписи у начальника. Он размышлял, под каким бы это предлогом ему выклянчить эти бумаги, в то же время не вызвав никаких подозрений.
Начальник, мужчина с одутловатым лицом, что свидетельствовало о его пристрастии к алкоголю, пускай и дорогому, появился на пороге кабинета только через полчаса.
За время совместной работы Бобриков прекрасно изучил его повадки и мигом определил, что у его шефа накануне была бурная ночь, поэтому ему сейчас не до работы.
– Бобриков, сегодня меня не будет. Если кто-то заявится, скажешь, что я на совете директоров, – бухнул начальник, даже не снимая пальто.
– Я все сделаю, – растерянно пробормотал Олег.
– Сделай, Бобриков, сделай, – кивнул начальник, шмыгая носом. – Еще сегодня ты должен подготовить пару инвестиционных соглашений. Проверь все по цифрам и законодательству. И еще надо сделать парочку переводов. Смотри только, не ошибись в счетах, а то за всю жизнь не расплатишься, – угрожающе произнес начальник и пристально посмотрел на Олега, которому под таким взглядом хотелось съежиться до микроскопических размеров, а затем и вовсе исчезнуть.
– Все будет сделано, – пообещал Бобриков и уткнулся в монитор, запуская корпоративную базу данных.
