— Хрю-хрю, — ответил я, с удовольствием наблюдая, как тот осторожно прикладывает палец к носу, чтобы убедиться, что тот на месте.
— Это, — замялся Финрон. — Вчера не подумал сказать. Спасибо тебе. Я бываю несносным, но всё же не совсем неблагодарным говнюком.
— Ты вчера так радовался возвращению носа, что мне и этого хватило за благодарность, — сказал я, рассмеявшись. — Хотя, мне кажется, что пятачок был тебе к лицу.
— Я бы на тебя посмотрел, — мрачно сказал Джек, — Но всё равно, ещё раз спасибо, если что-то надо будет, обращайся. И не намекай хотя бы в кузнице на свиней, а то и так за вчерашний вечер раза три подрался из-за глупых шуток остальных.
— Первый раз стал объектом насмешек да? Думаю теперь ты немного больше понимаешь тех, над кем ваша компашка издевались.
Толстяк лишь отвернулся и принялся за работу. Мне нравились изменения поведения в нем. Было бы даже неплохо, если бы старик раньше так сделал. Хотя, думаю он скоро придёт в норму.
После работы мы вновь отправились на занятие. В этот раз допоздна разбирали магию земли. Манипуляции растительностью, изменение земляного покрова. И все заклинания третьего круга. Под конец я еле передвигался, голова раскалывалась, любое произнесённое слово отдавалось вспышками перед глазами, а кому-то было ещё хуже, но старейшина был непреклонен.
— Уже меньше чем через месяц вас отправят на передовую борьбы со злом. Кого-то в Железные долины, кого-то в Лазурные королевства, а кого-то на границу Леса демонов. Вас учили основам и не лезли выше из-за того, что ваш сосуд не созрел, но сейчас вы близки в пику силы, поэтому можно вас не жалеть, всё это пригодится вам в битве гораздо больше, чем что-либо ещё, да и это только начало, постигать искусство боя вам предстоит всю жизнь. Поэтому докажите, что мы не зря зовём вас героями! Выдержите последний рывок на пути к свету! — говорил он.
Как бы не были воодушевляющие эти слова, но последняя неделя превратилась в один сплошной ад. И когда настал день инициализации все Джеки были счастливы как никогда.
— Мне немного страшно, — сказала Джеки Софран, когда мы стояли в очереди.
— Почему? — сказал я, смотря, как очередной Джек тянется к ритуальному шару.
— Сейчас решиться разом вся дальнейшая жизнь, сосуды в нас откроются, явив миру нашу суть. А вдруг там что-то страшное? Слышал же про тёмные сосуды, которые разрушают владельца изнутри? Героя поражает зло собственной силы и он становится опасен для окружающих, — сказала она.
— Думаю всё будет хорошо, про таких уже давно не слышали, не волнуйся, — сказал я, приобняв её.
Девушка мило улыбнулась, но было видно, что легче ей не стало. Ну ничего, ещё немного и всё закончится, страхи пропадут и начнётся время побед и приключений.
Тем временем шар в руках парня впереди загорелся и в языках пламени появилась птица. Джек сначала удивился, но затем радостно показал её старейшине.
— Феникс, мой мальчик, тебе повезло, ты станешь отличным героем, и твой огонь очистит наши земли от зла, — сказал Вагнас.
Дальше он пошёл в сторону остальных счастливчиков, уже открывших свои сосуды, оставалось теперь получить только имя. Джеки, которые уже через пару минут должны будут стать кем-то другим, радостно поздравляли друг друга с успешно пройденным ритуалом.
Когда пришла моя очередь, голова почти ничего не соображала, сказывалась бессонная ночь, да и волнение достигло своего предела, оставив небольшую апатию. Всего пара метров до шара тянулись бесконечно. Храм, в котором проводился ритуал был далеко в лесу, но выглядел довольно богато, и внутри площадка до шара была выстлана коврами, по которым мы ходили босиком. И сейчас я словно утопал в нём.
Тут в голове прокралась искры мысли, такая крошечная, вмиг она разгорелась и заполнила всё внутри. Меня охватила паника, захотелось тут же сбежать отсюда, не видеть никогда этот шар и жить спокойной жизнью в деревне. Разум же не хотел принимать столь непонятное послание из космоса. Я столько к этому шёл и не готов был отказываться от этого из-за мимолётной слабости.
Я подошёл к шару, который состоял словно из множества мозаик и менялся в зависимости инициируемого, решительно положил руку сверху и… Ничего.
Шар, который вспыхивал разными красками у всех остальных в этот раз молчал. Старейшина, который до этого улыбался сразу словно постарел лет на десять, и приблизился ко мне. Я на всякий случай ещё пару раз коснулся реликвии, но эффект был такой же.
— Мальчик, это… — начал было старик, но шар вдруг зашевелился.
Его что-то распирало изнутри, он подпрыгивал на постаменте, и сквозь него понемногу стал просачиваться дым. Мозайка превратилась в сплошную массу чёрной смолы, а каменный постамент от соприкосновения с дымом пошёл глубокими трещинами. Вагнас тут же закричал и порывами воздуха отбросил всех в стороны от черного шара. Тот словно этого и ждал и со звоном бьющегося стекла расколся на мелкие кусочки. Тьма хлынула на пол вязким дымящимся оползнем и всё, чего она касалась разъедало, словно демонической кислотой.
