Но постепенно Кэл начал осознавать, что те вздохи, которые он слышит, производит вовсе не ветер. В них звучала некая странная музыка, мелодия приходила и улетала снова.
Потом де Боно остановился и спросил:
— Ты слышишь их, Кэл?
— Да. Слышу.
— Они знают, что у них гости.
— Это и есть Небесный Свод?
— Нет, — ответил де Боно мягко. — Небесный Свод будет завтра. Мы слишком устали, чтобы идти туда. Эту ночь проведем здесь.
— А что это за «здесь»?
— Неужели ты еще не догадался? Разве ты не чувствуешь, какой здесь запах?
В воздухе ощущался легкий аромат: жимолость и душистый жасмин.
— И не чувствуешь, какая земля?
Земля у них под ногами была теплая.
— Это, друг мой, и есть Венерины холмы.
Надо было как следует подумать, прежде чем доверяться де Боно: несмотря на весь свой героизм, парень он не самый надежный. И вот теперь они теряли драгоценное время.
Кэл обернулся посмотреть, сумеет ли он найти обратную дорогу, но куда там — луну почти полностью скрыла завеса облаков и холмы погрузились в темноту. Пока он оглядывался, де Боно исчез. Когда неподалеку раздался смех, Кэл окликнул своего проводника. И снова услышал смех. Для де Боно он звучал слишком легко, однако Кэл не был уверен.
— Ты где? — спросил он, но ответа не получил, поэтому просто пошел на смех.
Кэл сделал шаг и попал в поток теплого воздуха. Вздрогнув от неожиданности, он отступил, но тропическое тепло последовало за ним, медовый запах заполнил все вокруг. От этого аромата у него закружилась голова, гудящие ноги подгибались от доводящего до обморока удовольствия вдыхать его.
Чуть дальше по склону Кэл заметил чей-то силуэт; наверняка это был де Боно, бредущий в сумраке. Он снова окликнул парня по имени и на этот раз удостоился ответа. Де Боно оглянулся и сказал:
— Не дрейфь, чокнутый!
Голос его звучал как-то сонно.
— У нас нет времени, чтобы… — запротестовал Кэл.
— Ничего не могу… ничего не могу больше делать… — голос де Боно всплывал и затихал, словно слабая радиоволна. — Ничего не могу делать сегодня… только любить…
Последние слова затихли, и сам де Боно растаял в темноте.
Кэл развернулся. Он был уверен, что де Боно отвечал ему с вершины холма; следовательно, если он повернется спиной к тому месту, где стоял канатоходец, он непременно уйдет отсюда тем же путем, каким они пришли.
Тепло следовало за ним, пока он менял направление.
«Я найду нового проводника, — смутно подумал Кэл. — Найду проводника и отыщу Небесный Свод».
У него назначена встреча с кем-то. Но с кем? Мысли его следовали за голосом де Боно. Ах да, с Сюзанной.
Когда он мысленно произнес ее имя, тепло охватило его ноги, и это заставило Кэла опуститься на землю. Он не вполне понимал, как это произошло — никто его не тянул, не толкал, — но через миг уже опустил голову на землю и… о, какое наслаждение. Все равно что вернуться утром с мороза в постель к любимой женщине. Он потянулся, разминая усталые члены, и сказал себе, что полежит немного и соберется с силами перед грядущими испытаниями.
Должно быть, он благополучно заснул, а потом кто-то позвал его.
Не «Кэл», даже не «Кэлхоун», а:
— Муни…
Голос принадлежал не де Боно. Голос был женский.
— Сюзанна?
Он попытался сесть, но так отяжелел и зарос грязью за время путешествия, что не мог пошевелиться. Ему хотелось сбросить с себя вес, как змея сбрасывает старую кожу, но он лежал, не способный шевельнуть пальцем, а голос звал и звал его, затихая, когда поднимался искать Кэла вверх по холму.
Он очень хотел пойти за голосом. И вдруг, без всякого перехода, его желание исполнилось: одежда упала с него, и он пополз по траве, прижимаясь животом к телу земли. Как именно он передвигался, он не вполне понимал, потому что не ощущал, что шевелит конечностями, да и дыхание не участилось от прилагаемых усилий. Он вообще ничего не чувствовал, словно оставил тело и дыхание там же, где и одежду.
Лишь одно он захватил с собой: свет. Бледный холодный свет, который заливал траву и микроскопические горные цветочки, двигался так близко к Кэлу, что вполне мог бы быть его собственным.
В нескольких ярдах он заметил де Боно, спавшего в траве; рот юноши был раскрыт, как у рыбы. Кэл двинулся к нему, чтобы о чем-то спросить, но не успел добраться, поскольку его внимание привлекло нечто другое. Рядом с тем местом, где лежал де Боно, из темной почвы вырывались лучи. Кэл прополз мимо спящего спутника, едва не разбудив того своим светом, а затем двинулся к этой новой загадке.
Загадка легко разрешилась. В земле было несколько отверстий, и он подполз к краю ближайшего из них, заглянул внутрь. Холм оказался полым внутри. Прямо под Кэлом находилась обширная пещера, по которой перемещались яркие пятна света. Должно быть, это и были те существа, о которых толковал де Боно.
Подозрение Кэла, что он оставил свое тело где-то по дороге, подтвердилось, потому что он скользнул в дыру — настолько узкую, что туда не прошла бы даже его голова, не говоря о плечах, — и упал в верхние слои воздуха пещеры.
Он парил там, наблюдая за разворачивавшимся внизу действом.
