В "кабинете" (так Лис прозвал палату, в которой вершил дела) всё так же громоздились на столе листы бересты, лежал на полу белый войлок да стояла в поставце дивной работы расписная посуда, сделанная самим бояричем.
— Здрав будь, старшина! — Михаил оторвался от своих записей, поднялся и вежливо кивнул старшине. — Заходи, садись к столу.
— И ты будь здрав, Лис! — Сучок снял с головы шапку, слегка поклонился и сел на указанное место. — За каким делом звал? Вроде справно всё, о стройке и досках всё утром обговорили. Или измыслил чего?
— Измыслил, старшина. Новую задачку тебе приготовил, — боярич широко улыбнулся. — Ты вот не думал, как такую крепость, что вы строите, на щит брать?
— Нет. На кой оно мне? Я ж не ратник, это у вас пусть голова болит, — мастер развёл руками, но насторожился. После достопамятного разговора с Буреем было с чего. Кто знает, чем обернутся мутные заходы начальства: петлёй или прорубью.
— Да, не ратник. Пока… Ты думал, старшина, что делать будешь, когда выкупитесь?
Внутренняя Сучкова жаба мерзко ухмыльнулась и потянула лапки к горлу старшины.
Злость помогла — мастер фухнул, усмирил непокорные руки, утер пот и, неожиданно для себя самого, подмигнул Лису:
— Жарко тут у тебя, Лис, ты бы истопников своих умерил, а то, смотри, весь лес в топку пустят — строить не из чего будет! — и злобно шикнул на жабу:
— А насчет того, что делать… Наше мастерство при нас останется, Лис! Ты не подумай, я с уважением, ты нам добро сделал, и мы тебе отплатим! Была у меня думка, как выкупимся, к тебе на службу проситься да на посаде жить остаться, в долю тебя позвать. И тебе добро, и нам.
— А умён ты, старшина! К сильному роду прибиться захотел, чтоб и под защитой быть, и заказы по всей Руси получать через дядьку моего Никифора Палыча, да товар через него же сбывать, так ведь? — Глаза боярича лукаво сверкнули.
— А, чтоб тебя, Лис! Мысли, что ли, читаешь? Или не согласен? А про то, что не ратник, к чему помянул? — Сучок заскрёб пятернёй плешь.
— Согласен-то согласен… Такую артель под рукой иметь кто откажется? — Михаил уставился на мастера своим стариковским взглядом, к которому Сучок уже худо-бедно привык. — Всё ты верно рассудил, только одно забыл — здесь служба воеводская, а значит воинская. Иначе никак!
— Это что ж, ты меня и моих в строй с самострелами решил поставить? А на кой? Отроков не хватает?
— Ну, самострельному бою научится вам не лишне, только мне от вас другая служба нужна.
— Какая?!
— Ты про розмыслов воинских, что при войске царя греческого обретаются, слыхал?
— Слыхал, как не слыхать! Одного видал даже — князь Олег Святославич из греческих земель привёз. Он-то баллисты в Новгороде-Северском и ставил, ну, те, о которых Шкрябка тогда рассказывал…
— Ну вот, старшина, ты и сам понял, какой я от вас службы жду! — улыбнулся Мишка и только что не подмигнул мастеру.
— Ты это что ж, нас в эти самые розмыслы наметил? — озвучил очевидное Сучок. И, не скрывая своего охренения, полез чесать плешь.
— Верно! — серьезно кивнул молодой боярич. — Так что, давай начинай думать не только как крепость построить, а и как сломать при случае. Вот прямо сейчас и начинай! — в голосе прозвучал приказ.
— Ну, значит, первое дело ров засыпать надо… — Мастер в ожидании подтверждения взглянул в лицо собеседника.
— Верно! — поощрительно кивнул боярич. — А дальше?
