Социалистические страны Азии и Куба устояли. Вьетнам начал рыночные реформы, но по китайскому, а не советскому образцу. Поэтому там начался экономический рост и повышение уровня жизни.
В результате сдачи власти социалистическими режимами в восточноевропейких странах к власти пришли те, кого мы называем по российской терминологии «демократами», т. е. произошли, скорее, не бюрократические контрреволюции по Троцкому, а обычные буржуазные.
Однако основная разница не в этом. Внешне характер политических и экономических реформ в восточноевропейских странах тот же, что и в РФ. Так же наблюдается падение производства и снижение уровня жизни. Но масштаб разрушений экономики, вообще говоря, меньший (особенно если учесть, что у этих стран нет своей нефти). Показателем этого является значительно меньший рост цен по равнению с «дореволюционным» уровнем. Так если в РФ к концу 1995 года индекс роста был около 8000, то наибольший рост в восточноевропейских странах (Болгария и Польша) – менее 90, в Чехии – около 10,а в Венгрии – меньше 3!
Такая колоссальная разница объясняется, по-видимому, менее компрадорской ориентацией правящих режимов, большей заботой их о национальных интересах. Показатели роста цен говорят, что в восточноевропейских странах не проводится преднамеренного уничтожения экономики как в РФ.
Большой разброс в индексе роста цен между отдельными восточноевропейскими странами также не случаен: наименьшее его значение в Венгрии связано с наиболее умеренным реформированием, начатым еще при социализме, а наибольшее значение – в Польше и Болгарии – с наибольшим «разгулом демократии» в этих странах.
Одной из причин менее колониального характера реформ в восточноевропейских странах является то, что ликвидация социализма происходила не под руководством агентов ЦРУ, как в СССР, а под руководством самих социалистических режимов или стихийно. Процессы были очень быстротечны. Демократические движения втягивали в себя много порядочных людей, мечтавших об устранении существовавших несправедливостей, повышении уровня жизни до Западных стандартов, о том, что все это даст им капитализм, но… со всеми преимуществами социализма. В этих бурных условиях Западу было труднее, чем в СССР, проталкивать к власти свою агентуру. Однако малый размер восточноевропейских стран исключает возможность их реформирования к современному капитализму. Их лидерам также приходится плясать под дудку МВФ, но делают они это вынужденно, анес лакейским рвением, как российские правители. Соответственно и результаты….
Впрочем, есть и более прозаичное объяснение лучшего положения Восточной Европы. Вадим Белоцерковский [25] пишет, что, желая создать «санитарный кордон» против России, Запад делает там мощные инвестиционные вливания:
Кризис социализма поставил вопрос, каким же должен быть социализм XXI века, чтобы избежать ошибок социализма XX века и угрозы реставрации капитализма, как это произошло в СССР и странах Восточной Европы. Автор со своей стороны ответил на этот вопрос в ч. I, но существует много других точек зрения. Анализу их и окончательному ответу на поставленный вопрос и посвящено дальнейшее изложение.
Кризис социализма завершился победой контрреволюции в 1991 году. Дальнейшее – это развитие РФ (и других республик СССР) как государств, вставших на путь капиталистического развития. Поэтому все уроки, преподанные кризисом социализма, можно получить, не рассматривая дальнейшие события. Основной (с точки зрения уроков) вопрос: потерпел ли крах марксизм в результате этого кризиса или нет? Буржуазная пропаганда на основе краха большей части системы социализма объявила о крахе марксизма. И во всей несоциалистической литературе это является очевидным фактом, не подлежащим даже обсуждению.
Однако критерием не является само крушение социалистических режимов. Марксизм потерпел крах, если его рекомендации привели к крушению социализма. И – наоборот, марксизм сохраняет свою силу, если именно отход от рекомендаций марксизма привел к кризису социализма. Любая верная научная теория должна объяснять не только удачный ход эксперимента, но и неудачный.
