Кроме создания буржуазии через частный сектор экономики, капитализаторы должны были завоевать на свою сторону и руководство госпредприятий, передавая им часть государственной собственности. Т. е. внешне политика как бы не отличается от проводимой Ельцинским руководством и его последователями, также опирающимся на криминальную буржуазию и обуржуазивающийся директорский корпус. Разница в том, что при переходе к современному капитализму она должна осуществляться без развала экономики. Для передачи собственности можно использовать акционирование госпредприятий, при которой контрольный пакет (51 %, но без права его продажи) принадлежит государству, т. е. предприятия остаются государственными. Часть акций передается трудящимся, чтобы замаскировать передачу собственности руководству, которому, естественно, передается значительно большая доля. Попутно производится подкуп рабочей аристократии (мастеров, бригадиров, передовиков) путем передачи им большего количества акций, чем рядовым рабочим. Создаются благоприятные условия для покупки акций, продаваемых трудящимися, руководством предприятия. Так образуется второй слой буржуазии.
Наиболее опасным моментом является переход к классической буржуазной демократии, поскольку отдельные группировки буржуазии могут начать сразу борьбу за передел собственности, и в ее пылу может возникнуть эффект Горбачевской Перестройки с подчинением страны Западу. Поэтому очень важно тщательно юридически закрепить передачу собственности. По этой же причине переходный период, который бы осуществлялся под руководством ДПСС (Демократической партии Советского Союза) должен был быть достаточно длинным (не менее 10 лет), чтобы новая буржуазия приобщалась к власти через эту партию. Возможно, и переход к классической буржуазной демократии не потребовался бы: настолько понравилось бы буржуазии жить под прикрытием руководящей и направляющей силы общества, превратившейся в хорошую маскировку господства буржуазии.
Итак, путь к современному капитализму для брежневского СССР был, но путь его достижения лежал не в том направлении, в котором искали его «демократы», а в прямо противоположном. Не в уничтожении власти КПСС, а, напротив, в ее использовании для капитализации общества, поскольку для любых серьезных преобразований нужна политическая стабильность. Не в разрушении государственного сектора, а в его укреплении, поскольку только мощный госсектор мог помочь становлению полноценного отечественного капиталистического сектора.
Сравнивая вариант Социалистической и Капиталистической Перестройки, мы видим, что на первых этапах в них много общего: тот же переход к планово-рыночной экономике, похожая поддержка частной инициативы. Различия начинаются сказываться потом, в отношению к частному капиталистическому сектору: для Социалистической Перестройки – он временная мера, необходимая (возможно) для скорейшего подъема уровня жизни народа, а для Капиталистической – он основная цель всех преобразований. Сходство первых этапов экономической программы этих перестроек и является материальной основой кажущейся противоестественной право-левой оппозиции правящему режиму, экономическая политика которого основана на развале общественного народного хозяйства.
Итак, из всех возможных вариантов Перестройки реализовался самый наихудший: переход к дикому капитализму времен первоначального накопления и превращение страны в полуколонию Запада. Почему реализовался именно такой вариант?
Выше мы говорили, что революционная ситуация 2-го рода в случае ее разрешения революционным путем ведет к реставрации капитализма, поскольку именно в таком исходе заинтересована ее движущая сила – высшая бюрократия. Однако при этом высшая бюрократия, вообще говоря, не нуждается в поддержке Запада. Она хочет иметь капитализм для себя, а не для «забугорных» капиталистов. Недаром развитие капитализма вызывает, обычно, бурный всплеск национализма. Путь к современному капитализму описан в предыдущем разделе. На него больше всего похож курс китайских реформ.
