Философы? Политологи? Или юристы, которые подготовили такие законы? А теперь вот у нас есть рейдерство. Рейдерство связано с тем, как построены законы. В то же время мы прекрасно знаем, что есть в науке крупные ученые, и вот эти крупные ученые сделали крупные открытия, и они остаются навечно. А были они, когда сделали свои открытия, в большинстве или в меньшинстве? — Ну, конечно в меньшинстве. Как можно сделать открытие и сразу оказаться в большинстве? Ну, как это может быть? У нас соответственно коллизии происходят во время защиты диссертаций. Ведь если это серьезная докторская диссертация, то она открывает новое научное направление. А что значит новое научное направление? Она открывает некоторые мысли или идеи, с которыми пока мало кто согласился. Значит, что должен сделать диссертант, чтобы защитить диссертацию? Или он должен постареть или какую-нибудь слабую идею принести, на которую никто не обращает внимание, он бормочет что-нибудь, потом проголосуют члены ученого совета, и пусть идет. И часто бывает, что очень хорошие работы не защищаются или защищаются не сразу, и наоборот — слабые работы проходят. Более того, Положение о присуждении ученых степеней и присвоении ученых званий устанавливает, что диссертация считается защищенной, если за нее проголосовало 2/3 членов Специализированного совета.
Ну, а как за действительно новую идею сразу 2/3 может быть?
Либо она уже должна как-то постареть, чтобы за нее могло быть сразу 2/3 голосов, либо время должно пройти, чтобы диссертант постарел. И вот когда он уже с палочкой ходит, тогда наверняка признают, что у него свежая идея и можно за нее голосовать.
Наука — это особая сфера. Сфера искусства — тоже особая сфера. Как ты ее ни направляй, и как только господствующий класс ни пытается для этого использовать свое экономическое господство, исходя из того, что общественное бытие определяет общественное сознание, никогда так не получалось и не получится, чтобы в сфере искусства прямо или однозначно выражались только интересы господствующего класса. Вот Ленин, например, писал про Льва Толстого, что это матерый человечище, что это зеркало русской революции, независимо от того, что думал про революцию лично Лев Толстой. Он стал зеркалом русской революции объективно как великий писатель, величайший писатель всех времен и народов. Ну, а если взять его философскую концепцию, то Ленин ее резко отрицательно оценивал — как концепцию помещика, юродствующего во Христе. И хоть важно, какая философская позиция у писателя, для оценки его творчества это не является определяющим, потому что это сфера искусства. А сфера искусства — это сфера постижения мира в образах, а не познания истины в понятиях. Художник постигает мир через создание таких образов, которые непосредственно влияют на чувства людей. А что думают по этому поводу создающие эти образы писатель, композитор, поэт — это не самое важное дело.
Можно сказать, например, что в политике Ростропович глупости говорил, выступая как антисоветчик. Но так ли уж важно, что говорил Ростропович? Играл-то он хорошо. Давайте лучше его послушаем. А в политике мы как-нибудь без него разберемся, ведь в ней он не профессионал и просто повторял расхожие буржуазные идеи. Или вот у нас памятник Сахарову стоит недалеко от СанктПетербургского государственного университета — памятник плохой, а вот физиком Сахаров был хорошим, плодотворно участвовал в разработке советской ядерной программы, и Родина его вклад высоко оценила. А вот что касается его концепции конституции России, опять же это перепев отживающих буржуазных идей. Передовые — в проекте Конституции России Слободкина!
Таким образом, с одной стороны, нам надо твердо усвоить основополагающий тезис исторического материализма как тезис материализма, примененного к сфере истории, что
