Кто управляет идеологией? Управляет тот, у кого в руках соответствующие средства воздействия на умы, то есть издательства, журналы, газеты, радио, телевидение. В этом конкретно и выражается, что
То, что идеология господствующего класса является господствующей идеологией , вроде бы всем и понятно. И тем не менее это совершенно не усвоено в обществе. Люди живут в мире иллюзий. Говорят — вот будут выборы, кого выберут? Ну, кого кого — того, кого выберут те, у кого в руках телевидение, кого по телевизору показывают, того и выберут. Вас часто показывают по телевизору? Нет? Тогда у вас слишком низкий рейтинг, и вас не выберут. На радио, по телевидению и в газетах выборная кампания не формально, а по существу идет постоянно, и когда официально объявляется старт выборной кампании, ваши конкуренты на выборном поле находятся далеко впереди вас. Вот Дмитрий Анатольевич, которого не меньше показывали, чем Владимира Владимировича, даже устал отвечать на вопросы, кто из них двоих будет выдвигаться в президенты. А потом сообщил, что мы, дескать, потом сядем с Владимиром Владимировичем и решим, кто из нас для народа нужней на следующий период. И народу сообщили, кто нужней, через все средства пропаганды и агитации в информации со съезда главной буржуазной партии «Единая Россия». Голосовать-то будет народ. А за кого он будет голосовать? За того, кого раскручивают средства массовой информации.
При любых выборах, в том числе при выборах в Государственную Думу, вопрос надо ставить не столько о личностях, сколько о том классе, представители которого получат большинство на выборах. Ответ совершенно ясен: в буржуазном обществе большинство мест в выборном органе власти получат всегда представители правящего буржуазного класса. А наивные люди ждут и гадают, кто же победит, кто же победит или чрезмерно озабочены тем, чтобы на выборах было меньше нарушений, чтобы они, дескать, были честными. А вот если будут честными-пречестными, каков будет результат? Принципиально, за исключением отдельных лиц, тот же самый, который готовился всей буржуазной пропагандистской машиной задолго до голосования. К.Маркс характеризовал буржуазную демократию таким образом, что представителям угнетенного класса один раз в пять лет дозволяется решать, кто из представителей угнетающего класса будет представлять и подавлять их в парламенте. Для буржуазии удобно, если вы сами выберете тех, кто будет вас подавлять, меньше будет конфликтов, а в случае конфликта всегда можно сказать: «Вы ведь сами выбрали тех, действиями которых теперь недовольны». Вот в Соединенных Штатах Америки есть две буржуазные партии — республиканская и демократическая. На выборах побеждают то республиканцы, то демократы. То слон, то осел. То осел, то слон. И что, куда-то уходит власть из рук буржуазии? Никуда не уходит. У нас вариантов тоже мало. Есть буржуазная партия «Единая Россия». Не нравится «Единая Россия» — голосуй за «Справедливую», которая буржуазная по сути, но критикует «Единую Россию». Не нравится «Справедливая Россия», у нас есть ЛДПР Жириновского. За какую бы из этих трех партий избиратель ни проголосовал, он проголосует за одну из буржуазных партий и, представьте себе, в России, как и во всем буржуазном мире, большинство голосов на выборах достается представителям буржуазных партий.
При рабовладении и феодализме никто ни в какую демократию не играет. При рабовладении рабы вообще за людей не считаются, а при феодализме крепостным практически закрыт путь в духовную и политическую сферу. Вся борьба по вопросу о власти, за исключением время от времени происходящих бунтов и восстаний угнетенных, сводится к борьбе различных групп класса эксплуататоров между собой. Если взять феодализм, то там какие только замысловатые интриги ни плели цари, князья и высшее духовенство, но это не подрывало экономического, политического и идеологического господства класса эксплуататоров. Класс помещиков отдал свою власть только тогда, когда уже начали вовсю развиваться буржуазные экономические отношения, то есть тогда, когда удержать ее уже было невозможно. А до этого даже при победе крестьянских восстаний власть все равно не перешла бы в руки крестьянского класса, потому как в головах у крестьян господствовала помещичья идеология, и боролись крестьяне во времена Степана Разина и Емельяна Пугачева не против царизма, а против плохого царя за хорошего и не против крепостничества, а против плохих помещиков за хороших.
Почему крестьянские восстания называют бунтами, а не революциями?
Потому что они расшатывают устои крепостничества, но вместо крепостничества другого общественного строя не дают. Когда в России негативные моменты по отношению к крепостничеству начали превращаться в позитив?
Когда начал созревать капитализм. Он вызревает прежде всего экономически, а не только в борьбе за власть. Наоборот, успешная борьба за власть является уже следствием изменений в экономике.
