Социальная психология полностью

С точки зрения структурного подхода в социальных представлениях выделяются центральные и периферические элементы. В качестве центрального элемента выступают, согласно гипотезе С. Московичи, наиболее ригидные и архаичные элементы, которые присутствуют в каждом социальном представлении: например, о роли семьи, социальном устройстве сообщества, стиле руководства и пр., которые на протяжении веков внедрялись в сознание человека. Это достаточно стабильное центральное ядро организует другие элементы, определяет смысл социальных представлений и возможности его изменения. Ядро состоит из знаний особого свойства – нормативных, основанных не на фактах, а на ценностях, которые, в свою очередь, связаны с коллективным бессознательным.

Выделение центрального ядра представлений опирается на следующие количественные критерии: 1) уровень согласия членов группы по поводу важности данной характеристики объекта представления; 2) оценка его характеристик для определения объекта.

В качестве примера приведем результаты исследования социальных представлений наших современников о воспитании детей в интернатах. В 2007 г., изучая проблемы детей, лишенных родительского надзора, в рамках магистерской работы (М. Луцкая, 2008) было собрано 260 анкет, один из вопросов которой был нацелен на выявление социального представления о качестве воспитания детей вне семьи. Вопрос был сформулирован следующим образом: «Как вы считаете, может ли стать полноценным человек, который был лишен родительской заботы, а его детство прошло в детском доме?» Результаты были поразительными. Из всех опрошенных женщин полностью с этим суждением были согласны 34 % и 44,6 % согласны с ним при условии полноценного ухода, то есть всего около 80 %. И только 5,4 % женщин выбрали утверждение: «Нет, такой человек никогда не сможет построить свою семью, потому что у него нет нужного опыта». Особенно тревожно то, что представление о полноценности воспитания в интернатах распространено среди женщин детородного возраста (81 % у 18-25-летних и 91 % у 26-40-летних). Даже у мужчин аналогичного возраста эти цифры меньше (около 70 %). Мужчины чаще выбирали нейтральный ответ «трудно сказать». Полученный результат свидетельствует о наличии сложившегося социального представления, которое исторически сформировалось в СССР после 1917 г. В результате Первой мировой войны, революции и Гражданской войны без присмотра оказалось огромное количество осиротевших и потерявшихся детей. Затем детские дома были организованы уже для детей репрессированных родителей, а после Великой Отечественной войны для всех осиротевших. Если в детские дома попадали дети в возрасте до 5 лет, они были лишены главных социализирующих агентов, необходимых для нормального эмоционального развития. Особенно трагично складывалась судьба младенцев, так как в Домах ребенка и сегодня обеспечивается только их физическое выживание и нет условий для полноценной социализации. Все оставшиеся без родительского попечения дети получают психические травмы (см. работы Э. Эриксона и Дж. Боулби), но те, кто выжил, естественно, считают, что воспитание в детском доме вполне приемлемо, что это и есть норма. Так же считают и окружающие.

Сегодня, когда рассматриваются проблемы демографической ситуации в России, мы должны учитывать выявленное нами ложное социальное представление, сложившееся в результате трагической истории страны, тех отношений, ценностей и убеждений, которые достаточно активно пропагандировались и внедрялись в сознание во времена коммунистического режима, например сталинской идеи вырастить идеологических бойцов без влияния буржуазно ориентированных родителей. Все эти факторы способствовали формированию ядра социального представления о надежности домов ребенка и интернатов как нормативных воспитательных учреждений. Именно данное ложное социальное представление ответственно за постоянный рост числа молодых женщин, отказывающихся от своих детей прямо в родильных домах. Ведь они ничего не знают о том, что их здоровые дети обречены на резкое отставание в психофизическом развитии именно в первые два года жизни, о том, что это отставание никогда не может быть восполнено, что отсутствие эмоциональных контактов ведет к утрате чувства доверия навсегда.

Данный пример подтверждает идею Московичи о том, что содержание ядра социальных представлений обусловлено историческими, социальными и идеологическими условиями существования народа или группы.

Периферическая система социальных представлений призвана объяснить индивидуальные различия в процессе репрезентации. Она более изменчива, чем центральное ядро, и потому дает возможность интегрировать различные информации и практики. Она состоит из когнитивных схем и является опосредующим звеном между репрезентацией и реальностью. Социальное представление личностно определяется его носителем, то есть субъектом, индивидом, семьей, группой и, наконец, обществом в целом. Следовательно, представление зависит от позиции, занимаемой субъектами в обществе, экономике и культуре. А поскольку всякое социальное представление – это представление о чем-то или о ком-то, то социальное представление можно определить как процесс, устанавливающий отношение к объекту, субъекту и отношениям между ними.

Д. Жодле называет пять фундаментальных свойств представления:

– всегда является представлением об объекте;

– имеет образный характер и свойство делать взаимозависимыми чувственное и мыслительное, перцепт и концепт;

– носит символический и обозначающий характер;

– обладает конструктивным характером;

– обретает свойства автономности и креативности (56, с. 377—380). Эксперимент Ж.-К. Абрика (1976) имел целью выявить связь между интерпретацией, даваемой представлением, и поведением.

Эксперимент Абрика. Экспериментальная ситуация, в которой оказывался испытуемый, давала возможность подготовиться к взаимодействию с партнером и придать смысл своему поведению. С партнером испытуемый должен был взаимодействовать через экспериментатора. Этого фиктивного партнера представляли либо как человека, либо как машину. В зависимости от интерпретации партнера (как человека или как машины) у испытуемого возникает различное поведение. С человеком проявляется большая гибкость и приспособляемость поведения, а с машиной – большая ригидность и неуступчивость (56, с. 389—390).

Результаты свидетельствуют о том, что социальные представления обладают удивительной двойственностью, они одновременно могут носить и новаторский, и ригидный характер, то есть являются и подвижными, и устойчивыми. Данный феномен Московичи назвал когнитивной полифазией.

Таким образом, социальные представления имеют достаточно сложную структуру, которая объединяет образ и его смысл для личности. В каждом социальном представлении есть ядро, обусловленное историческими, социальными и идеологическими условиями существования народа, и периферические системы, связанные с личностными особенностями и социальным статусом индивида. Кроме того, социальные представления индивида могут быть одновременно и ригидными, и гибкими в зависимости от объекта, с которым индивид вступает во взаимодействие, и от ранее сформировавшегося отношения к нему. В обыденной жизни это происходит очень часто. Человек либо соглашается с новым мнением, либо не соглашается —в зависимости от того, кто это мнение высказывает. Если для человека носитель нового социального представления является несомненным авторитетом, он проявит большую гибкость, воспринимая новую для себя информацию и встраивая ее в уже существующие когнитивные системы. Если же носитель новой информации таким моральным авторитетом не обладает, новые представления будут отброшены, а человек проявит ригидность, неуступчивость и нежелание что-либо менять в своих представлениях.

8.3. Формирование социальных представлений

Процесс формирования социальных представлений зависит от многих факторов. Однако, так или иначе, они складываются у индивида под воздействием разнообразных влияний окружающего социального и природного мира, а также особенностей личности и ранее сформировавшихся представлений. На рис. 8.1. показана когнитивная модель формирования социальных представлений. Природная и социальная среда постоянно продуцирует информацию, которая избирательно воспринимается и усваивается человеком. У него формируются социальные представления, как некая картина мира, которая, в свою очередь, направляет его усилия на преобразование среды.

С. Московичи, анализируя феномены представлений, выделяет два главных вопроса, лежащих в основе теории:

– как социальное представление участвует в психологической переработке информации?

– как эта психологическая работа действует в социальном?

В связи с этим Московичи предлагает различать два процесса, которые объясняют, каким образом социальное преобразует знание в представление и как возникшее представление преобразует социальное. Эти два процесса Московичи называет объективация и внедрение. Именно они определяют процесс формирования социальных представлений.