Социальный либерализм полностью

Концепцию «социального либерализма» можно было бы рассматривать как иной вариант реализации предлагаемого в «Манифесте институциональной политической экономии» принципа интегрированного подхода к исследованию рынков, хозяйства и институтов (рассмотрения экономических институтов во взаимосвязи с политическими, юридическими, социальными и этическими нормами). Однако предлагаемый Рубинштейном подход, хотя и близок к институциональной политической экономии по экономической онтологии, серьезно отличается по выбранным принципам познания и методологии. Отличие это заключается, во-первых, в более категоричной позиции относительно гносеологических принципов исследования, которая проявляется в разрабатываемой реляционной методологии, представляемой как взаимодействие холизма и методологического индивидуализма [Рубинштейн, 2012, с. 20]. Во-вторых, в том, что предлагая иную картину мира (экономическую онтологию), Рубинштейн пытается сохранить методологический инструментарий мейнстрима – дедуктивное моделирование и обеспечить «точность» своих теоретических построений по подобию ее моделей.

Фактически реляционная методология представляет собой специфический вариант ответа на методологические вопросы об экономическом поведении субъекта. Методологическую проблему соотношения «индивидуального» и «социального» предлагается решать за счет изменения применяемых в мейнстриме онтологических и гносеологических принципов исследования экономического действия при сохранении принципов исследования координации как результата равновесия. Точнее, экономическое действие как таковое не имеет в методологии «социального либерализма» самостоятельного значения (несмотря на неоднократные заверения автора). Вместо рационально действующих индивидов, принимающих независимые экономические решения и взаимодействующих на экономических и политических рынках, на экономическую арену выводятся, во-первых, мегаиндивидуум, который «представляет рыночный агрегат предпочтений», и во-вторых, меритор как «статистически незначимая часть общества», которая формирует «целевые установки», соответствующие общественным ожиданиям [Рубинштейн, 2012, с. 22].

Это означает, что в предложенной концепции проблема соотношения «индивидуального» и «социального» решается через разделение субъектов, принимающих экономические решения, на две группы: «этих людей» и «других людей» (онтологическое основание реляционной методологии). «Этим людям» оставляется право на основе собственных предпочтений принимать решения в отношении индивидуальных полезностей (однако в мегаиндивидууме и эти решения теряют качество автономности), а «другим людям» – в отношении общественной полезности. Сложнейшая проблема социальной обусловленности индивидуальных экономических действий механически расчленяется. В результате получается следующая картина: «статистически незначимая часть общества» (другие люди), которые «самоидентифицирутот себя с обществом, от имени которого они принимают решения» (другое поведение), решают, «надо ли приобщать население к театральному искусству или для общества важнее потребление населением фруктов» (другие события) [Рубинштейн, 2012, с. 23]. В то же время проблема координации деятельности сводится к достижению равновесия и предлагается его модель. Это – модель равновесия, учитывающая интерес индивидуумов и общества в целом, которые представляют мегаиндивидуум и меритор. Таким образом, проблема соотношения «индивидуального» и «социального» рассматривается как изменение параметров рыночного равновесия.

При оценке потенциала рассматриваемых альтернативных научно-исследовательских программ необходимо проанализировать их возможные сравнительные преимущества и на этой основе оценить их реальную способность бросить серьезный методологический вызов мейнстриму, вернув таким образом «социальное» в исследовательскую проблематику экономической науки. Исходным пунктом такого анализа является сравнительная характеристика содержания и оснований данных программ (см. табл.).