Социология. 2-е изд. полностью

В 1960-х гг. Джон Голдторп и его коллеги провели свое знаменитое исследование с целью проверки гипотезы обуржуазивания рабочего класса. Предпринимая это исследование, они утверждали, что если тезис об обуржуазивании верен, тогда зажиточные наемные рабочие будут с точки зрения их отношения к работе, стиля жизни и политических взглядов практически неотличимы от наемных «белых воротничков». Исследование было основано на опросах рабочих автомобильных и химических предприятий в Лутоне, и его материалы составили при публикации три тома. На это исследование часто ссылаются как на «Исследование состоятельного рабочего» (Goldthorpe et al. 1968–1969). Были опрошены рабочие общим числом 229 чел. и для сравнения 54 служащих. Многие из этих рабочих мигрировали в данный регион в поисках хорошо оплачиваемой работы; и действительно, по сравнению с большинством других рабочих, они являлись высокооплачиваемыми и зарабатывали больше, чем основная масса «белых воротничков» низкого уровня.

Голдторп и его коллеги сосредоточили внимание на указанных выше трех измерениях жизненной позиции рабочего класса и не нашли практически никакого подтверждения тезиса обуржуазивания. Что касается экономических взглядов и отношения к работе, то авторы согласились, что многие рабочие, благодаря своему доходу и обладанию потребительскими благами, усвоили стандарт жизни, присущий среднему классу. Однако относительная зажиточность была достигнута рабочими посредством труда, приносящего небольшой доход, у них мало перспектив на продвижение и слабое внутреннее удовлетворение от работы. Авторы исследования установили, что для зажиточных рабочих типична инструментальная ориентация по отношению к своей работе: они видят в ней средство для достижения цели, получения хорошей зарплаты. Их работа была по большей части однообразной и неинтересной, и они не были к ней сколько-нибудь привязаны.

Несмотря на уровень зажиточности, сопоставимый с уровнем «белых воротничков», обследованные рабочие не общались со средним классом в свободное время и не испытывали стремления подняться вверх по ступенькам классовой лестницы. Голдторп и его коллеги обнаружили, что в основном общение имело место дома с членами семьи, с родственниками или с соседями, также принадлежащими к рабочему классу. Ничто не указывало на то, что рабочие движутся в направлении норм и ценностей среднего класса. Что касается политических взглядов, то авторы исследования не обнаружили никакой связи между зажиточностью рабочих и их поддержкой консервативной партии. Вместе с тем, сторонники тезиса об обуржуазивании рабочего класса предсказали, что все возрастающее обогащение рабочих приведет к ослаблению их традиционной поддержки лейбористской партии.

Результаты указанного исследования, на взгляд его авторов, были вполне очевидны: тезис об обуржуазивании рабочего класса оказался несостоятельным. Обследованные рабочие не становились более похожими на средний класс. Тем не менее Голдторп и его коллеги действительно допустили возможность известного совпадения по некоторым вопросам между нижним слоем среднего класса и верхним пластом рабочего класса. Зажиточные рабочие имели те же, что и близкие им по доходам представители «белых воротничков», модели экономического потребления, сходное отношение к дому как к центру частной жизни и выступали в поддержку инструментального коллективизма на работе (коллективных действий с помощью профсоюзов, с тем чтобы добиться повышения зарплаты и улучшения условий труда).

В последующие годы не проводилось исследований, сопоставимых с исследованием Голдторпа и его коллег, поэтому неясно, если допустить, что выводы, к которым пришли Голдторп и др., были для того времени справедливы, насколько они сохраняют силу в наши дни. Существует распространенное мнение, что старые, традиционные сообщества рабочего класса имели тенденцию распадаться на части или полностью исчезать по мере упадка производства и под воздействием роста потребления. Однако вопрос о том, насколько далеко зашло такое раздробление рабочего класса, остается дискуссионным.

Анализируя классовую принадлежность людей, социологи традиционно опирались на такие ее условные показатели, как положение на рынке труда, отношение к средствам производства и профессия. В последнее время некоторые авторы высказывают мнение, что оценивать классовую принадлежность людей следует не только или даже не главным образом исходя из экономики и рода деятельности, а учитывая также такие факторы культуры, как стиль жизни и модели потребления. Согласно подобному подходу, в наш нынешний век все более важную роль в повседневной жизни людей играют «символы» и показатели, связанные с потреблением. Индивидуальность человека во все большей степени структурируется выбором стиля жизни — тем, как он одевается, что ест, как ухаживает за телом, где отдыхает и развлекается.