Понятие «низший класс» имеет долгую историю. Маркс писал о люмпен-пролетариате, людях, постоянно находящихся вне господствующих форм экономического производства и обмена. Позднее это понятие стали применять к «опасным классам» нищих, воров и бродяг, отказывающихся работать и существующих на краю общества как «социальные паразиты». В недавние годы представление о низшем классе, полностью зависящем от социальной помощи и лишенном всяких жизненных устремлений, вновь было возрождено, главным образом благодаря трудам Чарлза Марри, взгляды которого на данный вопрос мы рассмотрим ниже.
Поводом для недавней дискуссии о низшем классе послужила публикация нескольких важных работ американских социологов о положении бедных черных американцев, живущих в неблагоустроенных кварталах во внутренних городах.
В книге «Уменьшающееся значение расы» Уильям Джулиус Уилсон, опираясь на исследование, проведенное в Чикаго, утверждает, что в последние три или четыре десятилетия в Соединенных Штатах возник достаточно многочисленный средний класс черных — из служащих и специалистов (
Чарлз Марри признает, что в большинстве крупных городов существует низший черный класс. Однако, по его мнению, афроамериканцы оказываются на дне общества в результате той самой политики социальной защиты, которая проводится для улучшения их положения. Это утверждение Марри представляет собой перепев тезиса о культуре бедности. Люди якобы начинают зависеть от социальных подачек, и у них исчезает стимул искать работу, строить устойчивые общины или заключать прочные браки (
Отвечая на утверждения Марри, Уилсон повторил и развил свои аргументы, высказанные раньше, снова используя материалы исследования, проведенного в Чикаго. Переселение многих белых из городов в предместья, упадок городской промышленности и другие экономические проблемы городов привели, по его предположению, к высокому уровню безработицы среди мужчин-афроамериканцев. Указанные Марри формы социальной дезинтеграции, включая высокий процент незамужних черных матерей, Уилсон объяснил сокращением резерва мужчин — «потенциальных мужей» (т. е. имеющих работу).
В своей более поздней работе Уилсон исследовал роль подобных социальных процессов в возникновении очагов концентрации городской нищеты, населенных так называемыми «бедняками из гетто». Представители бедняков из гетто — преимущественно афроамериканцы и латиноамериканцы — испытывают многочисленные лишения — от низкого уровня образования и стандартов здравоохранения до разгула преступности. Они страдают также от неблагоприятных условий, порождаемых слабо развитой городской инфраструктурой, включая неадекватный общественный транспорт, сферу обслуживания и образовательные учреждения — что еще больше уменьшает шансы этих людей на интеграцию в социальную, политическую и экономическую жизнь общества (
В центре дискуссии о низшем классе в Соединенных Штатах была проблема его корреляции с таким признаком, как этническая принадлежность. Все отчетливее эта связь обнаруживается и в Европе; тенденции экономического неравенства и социального отчуждения, типичные в наши дни для Америки, укрепляются, по-видимому, как в Великобритании, так и в других странах Западной Европы. Низший класс тесно связан с проблемами расы, этнической принадлежности и миграции. В таких городах, как Лондон, Манчестер, Роттердам, Франкфурт, Париж и Неаполь, существуют зоны крайней нищеты. Гамбург, например, является богатейшим городом в Европе, если судить по среднему индивидуальному доходу; здесь проживает самое большое количество миллионеров, чем где-либо еще в Германии, и вместе с тем на Гамбург приходится самый высокий процент людей, получающих социальную помощь и пособия по безработице — на 40 % больше, чем в среднем по стране.
Большинство бедных и безработных в странах Западной Европы — это исконные жители данных стран, но среди них также много иммигрантов первого и второго поколения, живущих в бедности в запущенных городских районах. Так, например, в Германии, Франции и Италии сложились значительные по величине иммигрантские общины турок, алжирцев и албанцев. Мигранты, приехавшие в Европу в поисках более высоких стандартов жизни, часто вынуждены выполнять случайную низкооплачиваемую работу, дающую мало перспектив на продвижение. Более того, мигранты нередко отсылают заработанные ими деньги домой для помощи оставшимся там членам семьи. Уровень жизни недавних иммигрантов иногда бывает ужасающе низким.
