Люди также склонны противиться высокой степени надзора второго типа, упомянутого Фуко, а именно сбору письменной информации о них. На самом деле, это было одной из основных причин, по которой распались коммунистические общества советского типа. В этих обществах за людьми регулярно шпионили тайная полиция или те, кому она платила деньги, — даже их собственные родственники и соседи. Государство также хранило подробную информацию о гражданах с целью подавления любой оппозиции своей власти. Результатом стала форма общества, которая была политически авторитарной и, ближе к концу своего существования, экономически неэффективной. Все общество, на самом деле, практически напоминало гигантскую тюрьму, со всеми недовольствами, конфликтами и способами оппозиции, которые возникают в тюрьмах, — систему, из которой в итоге население вырвалось на свободу.
Фуко был прав относительно центральной роли надзора в современных обществах — проблемы, которая стала даже более актуальной сегодня из-за растущего влияния информационных и коммуникационных технологий. Мы живем, пользуясь выражением некоторых людей, в обществе надзора (
Как уже упоминалось ранее, правительственные организации хранят огромное количество информации, касающейся любого из нас, от свидетельств о рождении, школ и мест работы до данных о доходах в связи со сбором налогов, а также информации, используемой для выдачи водительских прав или назначения номеров государственного страхования. В связи с развитием компьютеров и других видов оборудования для электронной обработки данных надзор угрожает стать непременным атрибутом всех аспектов нашей жизни. Представьте, что вы узнали о стране с населением 26 млн чел., правительство которой использует 2 220 баз данных, содержащих в среднем 20 дел на каждого гражданина. Имена 10 % населения находятся в компьютерной системе центрального отделения полиции. Можно подумать, что это происходит в стране, страдающей от диктатуры. На самом же деле речь идет о Канаде (
Уменьшение демократии в связи с прогрессом современных форм организации и контроля над информацией — вопрос, весьма волновавший Вебера. Его особенно беспокоила перспектива власти, находящейся в руках безликих бюрократов. Как же может выжить демократия перед лицом все увеличивающейся власти над нами бюрократических организаций? Ведь бюрократии, аргументировал Вебер, непременно специализированы и иерархичны. Те, кто находится в самом низу организации, неизбежно начинают заниматься лишь выполнением банальных заданий и не имеют власти в том, что они делают; власть переходит к верхушке. Вебера беспокоило то, что в результате бюрократия может оказаться отчужденной от остальных служащих. Лишенные возможности проявить инициативу или подойти к делу творчески, бюрократы могут просто ограничить свое участие до выполнения предназначенной им роли, защищая стабильность своего положения от каких-либо вмешательств извне.
Вебер также предвидел политический конфликт между профессиональными бюрократами и политиками, избранными народом. Хотя бюрократы на самом деле являются государственными служащими, их стабильное положение и компетентность делают возможной и их собственную немалую политическую поддержку. Те самые политики, которые должны по долгу службы проверять бюрократическую власть в современных демократиях, одновременно зависят от бюрократов в вопросах информации и опыта. С точки зрения Вебера, было необходимо, чтобы бюрократия подвергалась строгому политическому контролю, что гарантировало бы ее открытость и понятность. Опасения Вебера не являются беспочвенными. В бывших коммунистических странах огромные бюрократии существовали для управления централизованной экономикой и системой социального обеспечения. Эти бюрократии развились в укоренившиеся самостоятельные блоки власти, которые вплоть до самого конца коммунистической эры политическим силам удавалось контролировать лишь с огромным трудом. Подобные феномены, однако, не ограничиваются одними лишь бывшими коммунистическими государствами. Даже на Западе существуют свидетельства случаев конфликта бюрократических и политических интересов на высоком уровне.
────────────────────────────┐
■
