Однако не все разделяют столь восторженную точку зрения. По мере того как люди проводят все больше времени, общаясь в Сети и выполняя там свои повседневные задачи, они, возможно, проводят меньше времени, взаимодействуя друг с другом в мире физическом. Некоторые социологи опасаются, что распространение интернет-технологии приведет к повышению социальной изолированности и разрозненности. Они утверждают, что одним из последствий растущего домашнего доступа в Интернет является то, что люди проводят меньше времени в «качественном и интересном общении» с родственниками и друзьями. Интернет вторгается в домашнюю жизнь по мере того, как границы между работой и домом размываются: многие служащие продолжают работать дома во внерабочее время, проверяя электронную почту или заканчивая задания, которые они не успели завершить в течение дня. Контакт между людьми уменьшается, личные взаимоотношения страдают, традиционные формы развлечения, такие как посещение театра или чтение, остаются в стороне, и ткань, из которой соткана общественная жизнь, ветшает.
Как же мы должны оценивать эти противоположные друг другу точки зрения? Элементы истины, безусловно, присутствуют у обеих дискутирующих сторон. Интернет, несомненно, расширяет наши горизонты и предоставляет доселе невиданные возможности наладить контакт с другими людьми. Однако тот бешеный темп, в котором он развивается, также бросает вызов и угрожает традиционным формам человеческого взаимодействия. Переделает ли Интернет общество в корне, превратив его в бездушное, разбитое на куски царство людей, которые редко выходят из своего дома и утратили способность к общению? Вряд ли. Около пятидесяти лет назад весьма схожие страхи высказывались, когда в сферу СМИ внезапно ворвалось телевидение. В книге «Одинокая толпа» (
Так же как в прошлом телевидение, Интернет вызывает и надежды, и опасения. Потеряем ли мы свое лицо в виртуальном пространстве? Будет ли нами управлять вычислительная техника, а не наоборот? Уйдут ли люди в антисоциальный мир сети? К счастью, ответом на каждый из этих вопросов, скорее всего, будет «нет». Как мы видели ранее при рассмотрении «потребности в близости», люди не прибегают к видеоконференциям, если они в состоянии встретиться друг с другом традиционным способом. Бизнесменам доступно гораздо больше форм электронной связи, чем когда бы то ни было. Но одновременно возросло и число деловых конференций, проводимых «лицом к лицу».
В этой книге уже говорилось о том, что Интернет — один из основных двигателей и одно из проявлений современного процесса глобализации. Однако глобализация также меняет международный охват других форм СМИ. В этом разделе мы рассмотрим некоторые изменения, касающиеся СМИ в условиях глобализации.
Хотя СМИ всегда имели международное значение, например, при сборе новостных материалов или распространении фильмов за границей, вплоть до 1970 г. большинство медиа-компаний оперировало внутри определенных внутренних рынков в согласии с постановлениями национальных правительств. Индустрия СМИ также была поделена на различные секторы — кино, печатные СМИ, радио и телевидение, которые функционировали по большей части независимо друг от друга.
За последние три десятилетия, однако, в индустрии СМИ произошли коренные изменения. Национальные рынки уступили место подвижному международному рынку, а новые технологии привели к слиянию ранее самостоятельных форм СМИ. К началу XXI в. на международном рынке СМИ господствовала группа, состоящая из примерно двадцати многонациональных корпораций, чью роль в производстве, распространении и маркетинге новостей и развлечений можно было почувствовать практически в любой стране мира.
В своей работе на тему глобализации Дэвид Хелд и его коллеги указывают на пять важных сдвигов, которые повлияли на создание глобального медиапорядка (
1.
