Единорог, тем временем, совершив полный переворот, всей своей немалой массой впечатался в землю, воткнувшись в неё рогом, еще раз перекинулся через голову и замер. Я, не отводя от затихшего врага глаз и стараясь не обращать внимания на отбитые при падении ребра и ушибленное колено, кое-как поднялся с земли и призвал глефу, десять секунд назад предусмотрительно отброшенную в сторону - во избежание членовредительства, так сказать. Артефакт вернулся в руку мгновенно, в отличии от моего физического самочувствия, и пришлось к лежащему противнику ковылять с десяток метров.
- “Он ещё жив”. - раздалось в моей голове предостережение тархана, но я и так видел тяжело вздымающийся бок единорога.
Осторожно подойдя к, практически, поверженному противнику, я внимательно осмотрел его и только после этого позволил себе расслабиться. Вот он, яркий пример того, что “большие шкафы громко падают”. Помнится, тархану, чтобы дойти до такого плачевного состояния, пришлось взлететь до верхушек деревьев, что раз в семь выше недавнего кульбита единорога. Хотя, возможно, дело не только в массе зверя, но и в сопутствующих факторах, таких как неожиданность и очень неудачное приземление, вследствии чего у противника были сломаны передние лапы, а рог, сломанный у самого основания, остался торчать в земле. Свою лепту внесла и глубокая рана в боку, нанесенная глефой, через которую единорог всё ещё истекал кровью.
- Меня не было всего ничего, а вы успели пол леса разнести. - раздался за спиной голос дриады, и несмотря на шутливую подачу, тон её был больше встревоженный, нежели шутливый. Девушка приблизилась и с интересом стала разглядывать когда-то опасного противника. Я же, только сейчас обратив внимание на адреналиновый отходняк, решил промолчать.
- Каким образом это у тебя получается? - подала наконец голос Сильвара.
- Ты о чём?
- Да вот об этом. - она ткнула пальцем в сторону шевельнувшегося единорога. - По всем законам этого мира, лично у тебя, не существует ни единого шанса хоть сколько-то выстоять против него. Но ты жив и, насколько я вижу, относительно цел, а очередной смертельно опасный противник лежит на земле и вот-вот испустит дух, хотя и должен драться до последнего своего вздоха.
- Считай это ещё одной моей особенностью. - расплывчато ответил я, - Как меня, какой-нибудь ерундой могут отправить к праотцам, так и я могу прикончить любого противника. Или не любого, но это уж как получится. Во всяком случае, я всё еще жив.
Объяснять все тонкости своего положения мне было лень, к тому же единорог, до поры спокойно лежащий у наших ног, внезапно дернулся всей тушей и издал тихий рык. Мы рефлекторно отскочили назад на пару метров, и Рубец в моих руках, нацелился на недобитка, в ожидании неминуемой атаки. Но она не последовала ни через секунду, ни через пять секунд, ни, даже, через десять. Зверь просто не мог этого сделать. Его усилий хватало, чтобы приподняться на задние лапы, но любая попытка утвердиться на всех конечностях приводила к одному результату - единорог падал обратно на землю. Время от времени он издавал знакомый рык, но теперь уже было понятно, что звук этот не несет никакой угрозы. Зато в нем явственно слышались боль и бессилие. Я опустил оружие вниз и посмотрел на тархана, также глядевшего на, когда-то опасного, противника.
- «Долго он всё равно не протянет». - уловив мою неуверенность, произнес Арзас. В подтверждении его слов, зверь вновь издал «стон», после которого я трансформировал артефакт обратно в нож и сунул его в ножны.
Что ты собираешься делать? - непонимающе спросила дриада.
- Не я, а ты. - ответил я, и посмотрел ей в глаза, - Если не трудно, попробуй его полечить.
- Кого? Единорога? - удивилась девушка и после моего согласного кивка задала закономерный вопрос. - Зачем тебе это?
- Считай, что мне захотелось проявить милосердие. - пожал я плечами.
- Тогда милосерднее будет ничего не делать, потому как моих умений не хватит даже для излечения его колотой раны, не говоря уже о полном исцелении. Максимум, на что можно рассчитывать - некоторое усиление регенерации. И кстати, если ты так сильно желаешь помочь монстру, совсем недавно пытавшемуся перекусить тобой, то напомню, что у тебя имеется заклинание исцеления высшего ранга. Используй его.
- Про заклинание я не забыл, вот только моё милосердие не простирается настолько далеко. В стойбище гоблинов по-всякому может сложиться и лучше приберечь его для себя. С моей стороны достаточно будет ускорить ему регенерацию, и, если судьбе будет угодно, он выживет. К тому же, неизвестно, как единорог поведет себя при полном исцелении, потому лучше оставить его за спиной и спокойно идти дальше.
