За спиной раздался короткий, яростный рык. Вот и супостаты очнулись, полминуты не прошло. Я развернулся к сильно поредевшему, но, определенно, не утратившему боевой задор противнику, и тряхнул мечом. Пьеса та же, акт второй.
Повернулся я вовремя. Как раз в тот момент, когда эфтиал развел в стороны свои лапы и резко выкинул их вперед. В нашу сторону, по каменной топи, искря снежинками и оставляя за собой широкую наледь, понесся снежный вал.
- Я сам! - крикнул я, заметив дернувшихся гоблинов, справедливо полагая, что никто из них этой атаки не удержит, и вытянул меч вперёд.
На пути этого вихря встала прозрачная стена, в которую я влил большую часть своего оставшегося запаса маны, но даже при этом, мощь заклинания едва не разметала её. Воздушная преграда быстро пошла белыми пятнами изморози, а через пару секунд и вовсе превратилась в лёд, скрывая от нас пустотников.
- Они идти к нам! - крикнула Листа.
До окончания действия топи оставалось еще время, значит это главный плохиш заморозил её поверхность, и за этим щитом, скорее всего, наши недоброжелатели собрались в полном составе. В подтверждение моих мыслей, стена, перед нами, содрогнулась от сильного удара. Они там что, тараном пользуются? Несколько таких ударов, и преграда просто-навсего рассыплется, а повторить подобный щит - сил уже не хватит. Сука... И места мало, не развернешься с мечом. Еще один гулкий удар ...
В этот момент, позади, послышался гортанный выкрик гоблина, и мимо меня пронеслась серая тень. За ней еще одна. Потом еще с десяток... И вот уже сплошной поток призраков несется от шамана в сторону барьера и растворяется в нем, а с той стороны - раздаётся разноголосый вой. С каждой секундой плотность теней увеличивалась, вой тварей становился громче, а удары в стену - яростнее. Я прекрасно представлял, что именно сейчас там творится, но так же понимал, что противник слишком силен для призываемых шаманом существ.
- Листа, как только барьер рухнет, ставь вокруг себя и деда щит. Я постараюсь увести их от вас, и если получится, бегите в лес, я потом вас догоню! - проинструктировал я Листу, одновременно скидывая рюкзак на землю, а в следующий момент, мне стало не до болтовни - после очередной атаки раздался громкий треск.
Понятия не имею, почему преграда выдержала столько ударов. Возможно, все дело в количестве влитой в неё маны, а возможно - это результат слияния двух заклинаний, моей воздушной стены и ледяной хрени, запущенной эфтиалом. Но мне всё же кажется, что основная причина - обращение к стихиям на каком то ином, более глубоком уровне, позволяющем чувствовать и управлять ими более полно. Но нет ничего вечного в мире, каким бы тот не был, реальным или виртуальным, и не дожидаясь момента, когда глыбы льда упадут на наши головы, я нанёс превентивный удар, вложив в него все остатки маны.
Тугая волна воздуха ударила по всей площади стены, сметая её, вместе с тварями, на несколько метров назад, и, одновременно, засыпав ближайших из них кусками льда. В тот же миг, пока враг не пришел в себя, я атаковал. Не было ни сомнений, ни страха, ни, даже, ярости. Я словно отстранился от событий, происходящих вокруг меня, и превратился в бездушную машину, несущую смерть на кончике меча. Тот, кто сомневается в своей победе - уже проиграл, а тот, кто впустил в сердце страх - уже умер. Эту нехитрую истину мне когда то поведал Саныч, и она давно стала краеугольным камнем моей души, который, если откровенно, за последний год успел покрыться пылью.
Первый же взмах клинка отделил от туловища рогатую голову "богомола", удачно стоявшего у самой стены и только-только поднимавшегося из под её обломков. Артефакт Ордена даже не увяз в толстой, с моё туловище, шее погонщика, перерубив её так, словно это был кусок ветчины. Со смертью шуарзуна пополнился и мой запас маны, которого теперь должно хватить на пару стихийных атаки. Но пока в этом нет нужды. Мгновения утекали, и пустотники вот-вот должны отойти от неожиданности, а значит нужно успеть уничтожить их как можно больше, но основной приоритет, все же, иной - увести тварей от гоблинов. И у меня даже имеется идея, как это сделать.
Я двигался со всей возможной, в этом скоплении обломков льда и врагов, скоростью, разрывая телом патоку воздуха. Скачок вправо, удар - голова сульхата поделена на две части. Прыжок через обломок льда, немного влево и следующая гончая лишилась своих конечностей по левую сторону. Еще пару скользящих шагов, одно касание мечом и еще одним сульхатом меньше. Я двигался в сторону главного противника, эфтиала, который все еще был недосягаем, и который уже вытянул когтистую лапу в мою сторону. Я же, помня о возможных резистах наварха к магии, не придумал ничего иного, как швырнуть в него ближайшего ко мне сульхата.
