– Королевский норвежский дворец, – пояснил Ларсен, увеличив фотографию. – Это Парквейен, ты знаешь, где находится Парквейен?
Миа глупо на него уставилась. Ясное дело, знает. Одна из самых дорогих улиц в Норвегии, в самом центре Осло, адрес дома премьер-министра и нескольких посольств.
– К чему ты клонишь?
– Эти организации базируются на Парквейен, – сказал Ларсен, кликнув далее. – Прямо за Дворцом. Норвежский Орден Друидов.
– Друидов?
– Именно. По адресу Парквейен.
Ларсен снова кликнул мышкой.
– Орден Тамплиеров. Адрес Парквейен.
– И все они почитают эту, как ее там, пентаграмму?
Миа почувствовала, что она на последнем издыхании. Она еще раз подумала, не принять ли таблетки, но не стала. Нужно скорее поспать.
– Нет, этого я не стану утверждать, но могу сказать, что секта ОВТ, в которой состоит твой шеф, наиболее вероятна.
– Мунк?
Ларсен засмеялся.
– Нет, не Мунк, он бы вряд ли им подошел.
– Так кто тогда?
Ларсен открыл еще одну страницу.
– Миккельсон, – сказал худой мужчина, показав на монитор.
– Миккельсон?
– Угу. Рикард Миккельсон, – кивнул Ларсен. – Член Норвежского Масонского Ордена.
Миа немного оживилась.
– Масоны?
– О да, они обожают пентаграмму. Так хотят предстать в качестве поддержки общества и любителей Иисуса Христа, но хе-хе… м-да, ты смотрела то видео, где гроссмейстеры 33-го уровня одеты в мантии с торчащими наружу половыми органами, все вместе приносят в жертву козу?
– Нет, – сказала Миа, уже не зная, что и думать.
Был ли Ларсен под действием веществ из Непала, или в нем говорил академик?
– Миккельсон – член ордена, – кивнул Ларсен. – Вместе с теми, как бы это сказать, с теми, кто может выползти из политиков и ведущих бизнесменов в стране. Масоны, Миа. Взрослые люди, проводящие ритуалы. Держась за руки. Одеваются в костюмы. Пьют кровь из серебряного кубка. Насколько мы на самом деле наивны? Ты правда думаешь, что те, кто управляют страной, сидят в Стортинге? На правительственных встречах? Брось, Миа, алло?
Ларсен потянулся за бонгом на столе и снова поджег его.
– Себастиан, – серьезно сказала она, пронзив взглядом худого человека, сидящего перед ней.
– Да?
– Сейчас я кое-что тебе покажу. Естественно, это делать запрещено, но я все равно покажу.
– Ну и?
Он выглядел немного взволнованным.
– Мне нужно, чтобы ты сказал, что думаешь, хорошо?
– Да, разумеется.
– Спасибо. За то, что ты мне показал. Я позже все это посмотрю, но сейчас мне нужно от тебя нечто более конкретное, ок?
Миа поднялась, вышла в коридор и принесла папку, которая лежала в ее сумке. Вернувшись в неубранную гостиную, она села на табуретку перед Ларсеном, который был похож на ребенка, в нетерпении ждавшего, что ему сейчас покажут.
– Пентаграмма.
– Да, – кивнул Ларсен.
– Я хочу, чтобы ты сказал, что она означает.
– Хорошо.
Миа открыла папку, заметив, как его глаза широко открылись, когда она положила фотографию Камиллы Грин на стол перед ним.
– Вот дерьмо.
– О чем и речь, – кивнула Миа. – И должна сразу сказать, Себастиан, если я услышу хотя бы один писк – в твоем блоге или в любом другом месте – о том, что ты видел эти фото, то я, я не знаю даже…
– Я понял, – серьезно кивнул Ларсен, и она видела, что он не шутит.
– Я должна кое-что узнать, – снова сказала Миа.
– О чем?
– В этом есть какой-то смысл, так ведь?
– О чем ты? – повторил он.
– Я имею в виду, это же не случайно? Как расставлены эти свечи?
– О, нет-нет, это пентаграмма, да, для тех, кто считает ее важной, это…
Силы вот-вот готовы были покинуть Мию. Она видела, как сегодня Мунк, шатаясь, вышел из переговорной, не в силах даже связать пару слов, и теперь она чувствовала себя почти так же.
– Так что это означает?
– Ты про что?
– Символ? Эти точки?
– Пентаграмма?
– Да, – кивнула Миа.
– Ну, есть стандартное толкование, – сказал Ларсен, и теперь это было очевидно.
Одно дело – теория, но теперь перед ним реальность. Фотография семнадцатилетней обнаженной девушки на постели из перьев, окруженной пятиугольником из свечей, – нет сомнений, что это его потрясло.
– Давай предположим, что я ничего не знаю, – сказала Миа. – Объясни мне.
– Хорошо, – нервно кивнул Ларсен. – У пентаграммы, как ты поняла из названия, пять сторон. И все они что-то символизируют.
– Что же?
– Традиционное объяснение достаточно стандартное. Мне пойти снизу вверх, по часовой стрелке?
У Мии зазвонил телефон. Она достала его из кармана и с трудом разобрала имя на дисплее. Ким Кульсё. Она нажала на красную кнопку и снова спрятала телефон.
– Верхушка – это душа, – сказал Себастиан. –
– Продолжай, – кивнула Миа.
– А потом идут другие пункты – вода, огонь, земля, воздух.
– Душа, вода, огонь, земля, воздух?
– Да.
– Хорошо, спасибо, Себастиан.
Она забрала фотографию со стола, собираясь убрать ее обратно в папку, но ее остановила худая рука.
– Но это, как бы выразиться, стандартное объяснение. Это каждый ребенок знает.
– Что ты имеешь в виду?
– Есть более глубокое объяснение.
– Вот как?
Ларсен снова уставился на фото.
