А он забыл ей перезвонить, напрочь. Вот же черт, ведь он решил для себя, что это семья, нужно больше быть с ними. Он принес стакан в гостиную и только сейчас заметил, что Миа говорила все это время.
– Так ты понимаешь, или как? – спросила Миа, наливая.
– Что?
– Ты меня слушаешь?
– Не совсем, – ответил Мунк, садясь. – Ты уверена, что мы не можем отложить это до завтра?
– Он пришел ко мне, – сказала Миа.
– Кто?
– Ну ты что, Холгер, ты уже спишь, что ли? Сканк! Он пришел ко мне, в «Лорри».
– Сканк? – удивился Мунк.
– Появился как из ниоткуда, – улыбнулась Миа, сделав глоток. – Такой невидимый, правда, как нам и говорил Габриэль.
Мунк снова кивнул.
– Невозможно найти.
Миа улыбнулась.
– Невозможно добраться до него.
Мунк не прерывал ее.
– Это прямая трансляция. Так он сказал.
– Что?
– Видео. Камилла в колесе. Это не просто запись, он сказал, что это прямой эфир.
– Эфир?
Мунк слегка проснулся.
– Да, – оживленно кивнула Миа. – Он сказал, что они снимали ее на камеры. Показывали ее. Несколько месяцев.
– Господи, – сказал Мунк, почувствовав тошноту.
– Да, жутко, не правда ли?
– Да уж, черт…
– Но я не это хотела тебе сказать, – Миа снова наполнила свой стакан.
Она пошла в «Лорри», а не домой, и очевидно, и там немало выпила. Приложившись к стакану, она выпила его почти залпом прежде, чем продолжить.
– Миа, я…
– Нет, нет, послушай меня, – продолжила она горячась. – Как можно узнать такие вещи? Что это не видео. Что это отрывок из прямого эфира. Если ты не…
Она снова с усмешкой посмотрела на него, ясным взглядом, несмотря на количество выпитого.
– Если ты не участвовал в этом сам?
– Именно, – сказала Миа.
– Твою мать, – сказал Мунк.
– Вот-вот.
– Он пришел внезапно?
– Ага. Как из воздуха появился.
– И ты думаешь, его мучает совесть? Что это наш герой?
– Да, – кивнула Миа.
Вдруг усталость у Мунка как рукой сняло.
– Так что будем делать? – спросила Миа.
– Найдем его. Допросим. Посмотрим, есть ли основание для обвинения.
– Нет, я не об этом.
– А о чем?
– Что будем делать с Габриэлем? – спросила Миа.
– В каком смысле?
– Они с ним близки.
– Так ты считаешь, что Габриэль знает больше, чем говорит нам?
Миа пожала плечами.
– А тебе не кажется странным, что Габриэль не сказал нам, кто такой этот Сканк и где его можно найти?
– Миа… – начал Мунк.
– Да послушай ты меня. Внезапно появляется видео. Из ниоткуда. И вообще, сколько мы знакомы с Габриэлем? Полгода?
– Миа, ты же не думаешь, что…
– Нет, я серьезно, Холгер, тут что-то есть, – перебила его Миа.
Она осушила свой стакан и налила еще.
– Да, но…
– Нет, слушай меня, Холгер. Сканк что-то знает. Думаю, много знает. И если Сканк что-то знает, то я думаю, что это может знать и Габриэль. Мы должны поговорить с ним, но аккуратно, вот почему я пришла к тебе сейчас. Понимаешь?
Мунк задумчиво кивнул.
– Лучше всего тебе это сделать, – наконец сказал он.
– Что сделать?
– Поговорить с Габриэлем. Завтра. Ты ему нравишься. Посмотришь, что он знает.
Опять оно подкралось к нему. Металл во рту. Гвоздь в виске.
– Ок, – улыбнулась Миа, допив свой виски.
– Но наедине, без коллег, ладно?
– Само собой, конечно.
– Общий бриф в десять, может быть, после него?
– Хорошо, – кивнула Миа и поднялась.
– Так ты думаешь, это он? – спросил Мунк, когда они вышли в коридор.
– Сканк?
– Да.
– У меня предчувствие, что что-то в этом точно есть.
– Ладно, но сделай все красиво, – сказал Мунк, открывая ей дверь.
– Конечно.
И Миа исчезла на лестнице, с улыбкой на губах.
Во время всего брифа у Габриэля Мёрка было странное чувство, как будто что-то не так, и его подозрение подтвердилось, когда Миа пригласила его зайти к ней в кабинет после окончания собрания.
– Что такое? – спросил Габриэль, когда Миа попросила его закрыть за собой дверь.
Миа посмотрела на него взглядом, с которым он раньше не сталкивался, подозрительным и любопытным одновременно, слегка наклонив голову, словно она пыталась прочесть его мысли.
– Что такое? – повторил Габриэль.
Он выдвинул стул и сел.
– Мне нужно кое о чем тебя спросить, – сказала Миа. – И ты должен быть со мной предельно честен.
– Честен? – улыбнулся Габриэль. – А почему я могу быть с тобой нечестен?
Миа достала пастилку из кармана куртки и положила ее на язык, все еще не отрывая от него глаз.
– Сканк, – сказала она.
– Да? Что с ним? – спросил Габриэль, пожимая плечами.
– Насколько вы с ним вообще близки?
Постепенно до него начало доходить. Этого он боялся несколько дней назад. Сканк появился неизвестно откуда с этим видео и вдруг снова исчез, и Габриэль вообще не представлял, как его найти.
– Что ты имеешь в виду? – спросил Габриэль.
– То, что спросила, – сказала Миа, все еще не спуская с него глаз.
Внезапно разговор стал напоминать допрос, и Габриэль почувствовал, что ему это не нравится.
– Мы были хорошими друзьями, раньше.
– Насколько хорошими?
– Очень хорошими, к чему ты вообще клонишь?
– Но теперь уже нет?
– Нет, теперь нет, – вздохнул Габриэль. – Что случилось, Миа, ты меня в чем-то сейчас обвиняешь что ли?
– Я не знаю, – сказала Миа, опять склонив голову набок. – А нам есть, в чем тебя обвинить?
