Таким образом прошли годы и даже десятилетия, и наконец информация, которой обладал Кушмерчик, упала на благодатную почву, подготовленную некоторыми радикально мыслившими историками, занимавшимися попытками доискаться до истинных корней "бермудского феномена". В последнее время были рассекречены многие архивы, и кое-кто из этих специалистов кое-что слышал о "вьетнамском деле", и почти в тех же самых тонах и с теми самыми подробностями, которые были известны Кушмерчику, однако во всех источниках фамилия руководителя операцией была совсем иная. Это был полковник Джозеф Райтлер, с которым Кушмерчик был знаком совсем по другим делам. Оказывается, в 60-х годах этот человек неоднократно посещал "Свободную Европу", где работал разведчик, и что в окрестностях Мюнхена у него был великолепный дом. Из этого вытекало, что в 1965 году Райтлер вопреки официальной информации (ох уж эта "официальная информация"!) никак не мог служить на авианосце "Форрестол", потому что к тому времени уже целых пять лет как находился в отставке. Являясь бывшим работником ЦРУ, он имел доступ на радиостанцию, где и познакомился с польским шпионом, не подозревая, естественно, о том, с кем именно свела его судьба. Кушмерчик, как уже говорилось, выполнял свою работу слишком хорошо для того, чтобы не воспользоваться подвернувшимся знакомством с наибольшей выгодой для себя и своих шефов. Кушмерчик стал частым гостем на вилле у Райтлера, и кое-какие сведения, которые он самым доверительным образом вытянул из этого, как он сам выражался, "мешка с информацией на пенсии", впоследствии очень пригодились Москве. Однако теперь наступил момент, когда частичкой этого "богатства" довелось воспользоваться и "разгадывателям бермудских тайн".
Как-то в одной застольной беседе с Кушмерчиком подвыпивший полковник намекнул на то, что если бы, мол, не он, то под боком у Соединенных Штатов сейчас находилась бы не одна коммунистическая страна, а две, или даже, возможно, что и целый десяток. Райтлер имел в виду Кубу, к власти в которой в 1959-м пришел Фидель Кастро, но намекал он вовсе не на Кубу, а на Гаити. Он утверждал, что в 1945 году именно на Гаити в самом идеальном варианте существовали все те условия, благодаря которым четырнадцать лет спустя победил Кастро на Кубе. Для только-только оправившихся от дурного последствия пьянящих побед в Европе и на Тихом океане американцев положение усугублялось еще тем, что в "подвластном" им соседнем государстве шла кровопролитная борьба не на жизнь а на смерть между двумя доминирующими элитами — негритянской и мулатской.
Во время второй мировой войны на Гаити политическую власть довольно крепко удерживали тайно финансируемые англичанами мулаты, но негры, недовольные тем, что их на целых тридцать лет оттеснили от кормушки, смириться не желали. Не в коей мере не рассчитывая на помощь американцев, которых также до поры до времени прекрасно устраивали заседающие в президентском дворце одиозные фигуры в безвкусно расшитых золотой мишурой мундирах, они обратились за помощью к совершенно противоположному лагерю — коммунистам. Тем более что в "беспросветном" положении гаитянских негров принял весьма деятельное участие лично "друг всех народов" Иосиф Виссарионович Сталин. Ещё в 1941 году пассажирский вариант советского стратегического бомбардировщика — летающей лодки МТБ-2, совершавший трансатлантический перелёт из Марокко во Флориду якобы с техническими специалистами на борту, приводнился почему-то не в гидроаэропорту Майями, а на Гаити, в окрестностях Гонаива, где проживал тогда известный негритянский писатель Жак Стефен Алексис, ставший впоследствии генеральным секретарем коммунистической партии Гаити, зашифрованной, впрочем, под более нейтральной вывеской: "Комитет общественного спасения".
…Конечно, тогда в ход по дипломатическим каналам было пущено весьма убедительное и технически обоснованное объяснение: неопытный пилот-де просто сбился с курса, но злые языки утверждали, что в Гонаиве тогда на самом деле высадились некие "негритянские товарищи", которых Сталин много лет готовил как раз для подобного случая…
Как бы там ни было, а к 1945 году на Гаити было всё далеко не так "благополучно", как, скажем, в Коста-Рике или в Гватемале. Отчаянные головорезы полковника Боулинга в создавшейся ситуации ничем не могли помочь американскому правительству, потому что "партизанские страсти" кипели не в джунглях и горах, которыми Гаити похвастаться вряд ли может, а в густонаселенном Порт-о-Пренсе, столице государства. Сталинские эмиссары, даром что негры, были прекрасно обучены тонкостям конспирации, и потому никакие Боулинги не могли им помешать подготовить восстание, намечавшееся на первые числа января 1946 года, как раз в канун национального праздника, посвященного 145-летию отмены на Гаити рабства.