— Ты ничего не хочешь мне рассказать? — мрачно уставился на меня Арион, но я не собирался просвещать его в данной сфере. Даже он вряд ли примет это адекватно.
— Нет, магистр Арион.
— Например, почему Дарк не может пройти инициацию нигде, кроме Города?
— Ты лезешь в вопросы, которые тебя не касаются.
— Они не могут меня не касаться! — вспылил Арион. — Хотя бы потому, что в Городе плотность населения выше, чем на многих других планетах.
— Слушай, я не знаю, как проходят инициацию источники. Такой информации нет в литературе. Но я уверен, что в Городе это можно провести безопасно.
— Допустим, я тебе поверю. Но вернёмся к вопросу призыва. Дарк целенаправленно его использовала или, как мне показалось, ожидала несколько иного эффекта от своих действий?
— У меня тоже сложилось такое впечатление. Скорее всего, его просто обманули. Думаю, если бы он осознавал истинный уровень опасности, то не ввязался бы в подобную авантюру.
— А истинный уровень опасности — это..?
— Дарк не мог победить, — убеждённо ответил я. — У них слишком разные уровни. Единственным закономерным итогом этого боя была смерть призывающего.
— Тогда почему в конце существо отступило?
— Этого я не знаю. Но очень радуюсь тому, что всё так сложилось.
Арион недовольно смотрел на меня, но, видя, что я не собираюсь отвечать, вынужден был отступиться. Однако вместо того, чтобы уйти, он начал спрашивать про другое:
— Остаётся вопрос твоих сил. Твой истинный уровень впечатляет. Лорд и остальные также обладают подобной мощью?
— Я не знаю, — раздражённо закатил я глаза. Порой мне очень хочется, чтобы Арион перестал лезть в дела, которые его не касаются. Со своей любознательностью он может как-нибудь доспрашиваться.
— И много вас таких в Городе?
— Послушая, Арион, ты и вправду лезешь не в своё дело.
— Я беспокоюсь за жителей Города. Такие, как вы, можете представлять большую угрозу…
— Не более, чем все тысячи сианов до этого! — фыркнул я. — Да, я другой, чем ты или многие остальные. У Мироздания есть огромное разнообразие рас, и все они уживаются друг с другом в той или иной степени. Я тоже хочу жить нормальной жизнью, я уже говорил об этом. В чём ты меня подозреваешь? В том, что меня однажды переклинит, и я пойду убивать направо и налево? Ты сам в это веришь?
— Нет, — нехотя признал Арион.
— Тогда чего ты от меня хочешь?
— Я сам не знаю, — вынужден был сознаться страж тёмного факультета. — Вы слишком другие. И ваша сила тоже. Это настораживает. Нет, не так. Это пугает.
— Поверь, против любой силы найдётся противовес. Это базовый закон равновесия в Мироздании. Поверь, в Империи есть множество существ, которые представляют намного большую опасность, чем мы.
— Куда уж больше? — вопросил будто у себя Арион.
— Хотя бы потому, что у них отсутствуют базовые моральные принципы. А вообще, лучше тебе не знать, а нам ни с кем из них никогда не повстречаться. Просто прими это как данность.
* Аллод — согласно средневековым законам, выделенное в полную власть феодальное земельное владение.
Лика
Восстанавливалась я на удивление достаточно быстро. Однако за это время успела услышать о себе столько неприятных вещей, что впору делать харакири, а не отравлять воздух своим никчёмным существованием.
Магистр Арион вообще грозился исключить меня из Академии, ведь круги призыва запрещены в Империях. Люцифэ и Дар больше беспокоились о моём физическом состоянии, что не мешало им ругать меня на все лады. Хотя Дар не ругался, он просто смотрел с немой укоризной.
Когда тень исчезла, а вместе с ней и ограждающий нас круг, я не дышала. Моё сердце не билось с половину стигны. Что заставило его сделать первый, совсем маленький толчок, никто не знал. Но факт был налицо: вопреки всем законам Мироздания я выжила. Однако абсолютно никаких изменений в себе не замечала. Потому что проиграла?
Сбивал с толку и тот факт, что у меня исчез внутренний голос. То, что он будет молчать во время проведения боя, он меня предупредил, но почему не отзывается сейчас? Мне так нужно услышать его и понять, что это было! Почему всё закончилось так быстро… и странно? Что мне теперь делать дальше?
В первую же ночь, когда я поняла, что не падаю в обморок от попыток встать, я попросила Люцифэ помочь мне добраться до места схватки.
Брио ярко освещала огромное поле, на краю которого мы остановились. Над головой чуть шелестели ветви деревьев, отзываясь в душе тихим неуверенным шёпотом.
— Дай мне побыть одному, — прошептала я и тут же поспешно оперлась о ствол ближайшего дерева, когда поддерживающая меня до этого рука исчезла. Странно, что Люцифэ даже не стал спорить. Просто отступил вглубь леса.
Чтобы добраться до границы круга мне понадобились практически все мои силы. Буквально рухнув на едва уловимые знаки, которые я в своё время чертила на земле, а потом тщательно присыпала сверху песком, я долго просидела без движения и оформленных мыслей. Перед глазами вставал то один, то другой кусок короткого и такого унизительного боя.
Я проиграла. Я проиграла. Я проиграла.
