Совесть. Происхождение нравственной интуиции полностью

Однако мысль сравнить поведение представителей разных культур побудила меня по-новому взглянуть на исходные предпосылки, которыми руководствуются в своих теориях о морали мои современники. Если общество, ориентированное на поиски мудрости, ничуть не уступает обществу, ориентированному на жесткие нормы, может быть, строгие универсальные правила не обязательны или даже не способствуют нравственному поведению? «Почему большинство современных нравственных философов отметают Аристотеля и Юма как несведущих в вопросах морали?» — задумалась я. Более того, современные нравственные философы (за редким примечательным исключением) наотрез отрицают идею, что биология способна чему-то научить нас в отношении природы человеческой нравственности[205]. Почему же, в отличие от Аристотеля и Юма, они не видят существенной роли нашей биологии в принятии нравственных решений?

Во-первых, утверждение адептов правил, что мораль не мораль, если она не зиждется на универсальных правилах, по сути своей не более чем домысел. Как говорят в таких случаях мои студенты: «Это кто такое сказал?»

Во-вторых, цель, которую ставят сторонники правил в нравственной философии, — определить универсальные и не допускающие исключений правила, которые действительно характеризуют нравственность, — явно недостижима. Даже среди тех, кто согласен с такой постановкой вопроса, нет единодушия по поводу того, достигнута ли цель (или хотя бы близка), хотя усилия предпринимаются не одно десятилетие. Одно из главных препятствий состоит в том, что даже одобряемые в целом теории имеют, как мы вскоре убедимся, серьезные недочеты. Хуже того, каждая из теорий, претендующих на главенство, громит все остальные как никуда не годные. Недочеты остаются, несмотря на многолетние попытки выдающихся умов с ними совладать. Как ни парадоксально, даже явный провал намеченной стратегии не побуждает догматиков пересмотреть исходные постулаты, а, наоборот, судя по всему, только усиливает приверженность правилам.

В-третьих, и самое главное, в действительности принятие решений — это, как правило, процесс выполнения ограничивающих условий. Когда перед нами встает выбор, будь то физическое действие или социально значимое решение, наш мозг, проинтегрировав множество ограничивающих условий, выдает ответ. Какую-то часть ограничений составляют факты, связанные с рассматриваемыми обстоятельствами, а также прогнозируемые последствия различных вариантов развития событий; какие-то ограничения — это сведения об окружающих, которых затронет наш выбор, об их текущем и предполагаемом душевном состоянии и о том, что социально приемлемо в данной ситуации. Еще часть ограничений — это факты, относящиеся к доступным ресурсам и нашим собственным способностям и предпочтениям. Нередко ограничено время, что сокращает процесс оценки. И наконец, есть ограничения, касающиеся дружбы, образования, частной собственности, красоты и т. д.

Ограничения разнятся по степени важности для того, кто делает выбор, и соответственно имеют разный вес. Например, кто-то придает больше значения справедливости, кто-то меньше. Кроме того, они варьируют в предполагаемой точности и надежности: какие-то прогнозируемые последствия расцениваются как почти гарантированные, а о каких-то остается только молиться и надеяться. Мы опираемся на многолетний опыт и оперируем данными разной давности, мы моделируем разные исходы и делаем обобщения на основе подходящих схожих случаев, извлеченных из недр памяти. Все эти элементы фигурируют в незабываемых сюжетах, описывающих нравственные муки выбора: в «Одиссее» Гомера, в трагедиях Шекспира, в драмах Ибсена, в рассказах Элис Манро — и это лишь мизерная часть примеров.

Эти три основные проблемы, с которыми сталкиваются идеологи правил, иллюстрируют логику противоречия между философами, которые настаивают на необходимости универсальных правил, и теми, кто признает, что, хотя на законах строится официальная система правосудия (там, где она есть), в нравственных суждениях люди в действительности руководствуются инстинктами, привычками и обычаями, нормами, социальными навыками, ценностями и принимают решения в зависимости от условий.

Чтобы разобраться в этой логике подробнее, нам нужно задаться вопросом: каковы достижения философских теорий, отстаивающих правила? Ниже мы рассмотрим три теории, претендующие на лидерство среди этих концепций, и, воспользовавшись методом Сократа, я последовательно сравню их достоинства и недостатки.

В первую очередь обратимся к идее, что нравственность возникает из законов, диктуемых религией. Эту концепцию я затрагивала во введении, но теперь самое время рассмотреть ее глубже.