Без работы я была две с лишним недели. Не было бы счастья, да несчастье помогло: теперь у меня было не только время искать как следует работу на Севере, но и острая в том необходимость. Но все это не помогло бы, если бы к тому времени не создались такие условия в экономике, что вакансии, требующие знания языков, докатились наконец и в этот самый доисторический и оголтелый уголок Западной Европы, правящая прослойка которой ко всему неанглийскому относится с глубоким подозрением, а все иностранные на слух языки принимает за ирландский… Одному господу богу известно, что случилось бы, если бы все это произошло сейчас, в период экономического спада, когда число безработных растет как снежный ком.
В отношении работы на Севере царила еще допотопная круговая порука, причем с обеих сторон: на работу брали обычно тех, кого «знали» (или хотя бы если знали твоих родителей), причем грешили этим как юнионисты, так и «шиннеры». Профессиональные качества при этом не имели ни малейшего значения. Даже если в газете давалось объявление о вакансии, зачастую это была пустая формальность – люди приходили на интервью потому что работодатель должен был его проводить по закону, а на самом деле уже давно было решено заранее, кого на эту должность берут…
Я, естественно, не подпадала ни под ту, ни под другую категорию. Это было очень неприятно – ты чувствовала себя как коверный в цирке, которого вызвали только для того, чтобы заполнить им паузу, на него поглазеть и поразвлекаться. Мне пришлось пройти через это и в протестантском Баллинахинче, и в республиканском Западном Белфасте. Потом уже мне надоело понапрасну терять время и душевные силы – и я начала заранее осведомляться через знакомых шиннфейновцев, есть ли на объявленную вакансию уже намеченный кандидат. В 100% случаев так оно и было. Среди протестантов мне было некого спросить, но вековые традиции масонских лож оставляли в данном случае еще меньше места для сомнения…
Мне повезло, что ни среди тех, ни среди других не было людей со знанием голландского. Иначе не видать бы мне и этой новой весьма скромной должности как своих ушей…
Во время интервью мне измерили скорость, с которой я печатала. Оказалось, 55 слов в минуту. Я даже сама этому была удивлена. Моя новая фирма была частной инициативой «могучей кучки» местных бизнесменов обоих вероисповеданий, нашедших «дыру» в рынке и создавших фирму, отвечавшую не на телефонные звонки собственных клиентов, а на… электронную почту самых различных фирм из самых различных стран. Иными словами, они занимались электронным аутсорсингом. И проводили первый в истории своей фирмы набор лингвистов. Зарплата здесь была аж на 6 тысяч фунтов в год ниже, чем на моей предыдущей должности. Почти такая же, как на моей самой первой работе в Дублине- когда я жила там еще одна и платила только за комнату, а не за целый дом. Мне стало страшно, когда я подумала, как мы будем выживать на такие деньги втроем. Но в тот момент у меня не было выбора – даже такая работа в Белфасте была ужасным везением.
Новая фирма очень хотела показать, что она «не такая», как другие североирландские, и мы были своего рода манекенами в ее витрине: работы для лингвистов как таковой еще не было, нас брали с расчетом на будущее. Пока же предполагалось, что мы будем отвечать на англоязычную электронную почту.
В общей сложности я прошла в разных западных странах через достаточно большое количество фирм – и практически во всех них было одно общее. Нездоровая атмосфера, в которой вместо того, чтобы просто заниматься на работе своим прямым делом, приходится постоянно что-то доказывать (насколько ты лучше других, на что ты способна ради фирмы и т.п.), оглядываться, чтобы тебя не ударили «ножом в спину»- и улыбаться до боли в скулах. На собственно работу времени поэтому остается мало. В такой атмосфере ты постоянно находишься в состоянии внутреннего напряжения, которое негативно сказывается на твоей работоотдаче. Здесь постоянно что-то недоговаривалось, постоянно кто-то на кого-то потихоньку доносил начальству и постоянно требовалось притворяться до чего тебе здесь безумно нравится – и периодически вслух об этом восклицать. Тут мне, конечно, скажут, что стукачей среди коллег у нас тоже всегда хватало – и будут, наверно, правы. Но вот это самое выслуживание – «а я его еще больше «ку»- у нас было делом исключительно добровольным, и подхалимов, как правило, не любили не только коллеги, а и начальники которые поумнее. Здесь же это было не добровольное дело, а своего рода обязательный ритуал, поставленный на поток, и мне он было противен до глубины души. Просто спокойно хорошо работать здесь недостаточно – надо еще и подпрыгивать за столом, и тянуть вверх руку: «Какая замечательная у нас фирма! Как мне повезло!« Тьфу ты, господи…
