Советистан полностью

Единственное место, где люди время от времени могли говорить открыто, – за закрытыми дверями автомобиля. Как и везде в бывшем Советском Союзе, любой автомобиль в Узбекистане – потенциальное такси. Поскольку здесь на каждом шагу полиция и видеокамеры (отличительная черта общества диктатуры), ловить такси оказалось делом довольно безопасным даже для путешествующей в одиночку женщины. Потратив всего несколько тысяч сомов, я могла доехать в любую точку города. Однако до какой степени можно было доверять мнению мужчин, сидевших за рулем старых, изношенных автомобилей в надежде заработать 5–6 крон? И насколько они были правдивы?

– Демократия? – вырвалось у одного из этих водителей-пиратов, высокого, худого мужчины лет сорока. Его «лада» был настолько стара, что, казалось, вот-вот развалится на куски. – Ну конечно, у нас демократия! А вот в Киргизстане реально хаос. И в Казахстане тоже. Война, насилие и страдания. Вам хоть разок довелось погулять по ночному Бишкеку? Видите, нет? А здесь, если угодно, вы можете бродить в одиночку до самого утра – и с вами ничего не случится. У нас тут безопасно.

– Я каждый день поминаю президента Каримова в своих молитвах! – сообщил мне другой водитель-фрилансер, тугой на ухо пенсионер в слегка поношенном, но хорошо выутюженном костюме. – Я молюсь о том, чтобы он всегда пребывал в добром здравии и продолжал еще какое-то время руководить нашей страной. Благодаря нашему президенту у нас здесь мир. В Киргизстане настоящий хаос, в арабских странах война и нищета. А у нас есть мир и стабильность.

Водитель, отвозивший меня в аэропорт, был крупным мужчиной за шестьдесят и обладал более критическим мышлением, чем все остальные.

– Минимальная заработная плата здесь составляет менее ста тысяч сомов, – тихо сказал он. – Это меньше 50 долларов. На такую сумму прожить невозможно, ее не хватает даже, чтобы заплатить за коммунальные услуги – воду, электричество и сбор мусора. Люди болеют, у многих здоровье в плохом состоянии. Страна плохо управляется. Нам даже не позволяют покупать валюту. В других странах можно, а здесь нет. Это ведь ненормально, как думаете?

Будто из страха быть подслушанными, всякий раз критически высказываясь о правительстве, люди старались понизить голос, даже если при этом обсуждались вполне невинные вещи – такие, как рост цен на растительное масло. Однако же при упоминании имени старшей из двоих дочерей президента Гульнары Каримовой, они никак не могли сдержать бурное проявление эмоций:

– Она сказочно богата! Ей принадлежит весь Узбекистан, гостиницы, фабрики, хлопок, золото, нефть, газ, рестораны и… you name it[34] прошипел молодой студент факультета английской филологии, отвозивший меня в музей Тимура Ленка. – Она сделает все что угодно, чтобы получить все что захочет. Именно из-за нее я хочу переехать в Соединенные Штаты. До тех пор, пока она остается правой рукой своего отца, в этой стране вы ничего не получите. Я хотел бы, чтобы ее посадили, но такого с ней уж точно никогда не случится…

Желание студента английской филологии практически осуществилось: Гульнара, которой пророчили роль наиболее вероятной преемницы президентского поста, больше не правая рука своего отца. Вместо этого она сейчас сидит под строгим домашним арестом в Ташкенте, полностью отрезанная от внешнего мира. В прошлом году частная жизнь семьи Каримова стала напоминать смесь старой доброй шекспировской драмы и современной мыльной оперы. Журналисты и все любопытствующие могли отслеживать события в Twitter и Instagram.

У Гульнары Каримовой не резюме, а сказка. 42-летняя дочь президента – профессор политологии и обладает докторской степенью Ташкентского университета мировой экономики и дипломатии. Она не упускает возможности упомянуть и о степени магистра Гарварда, однако не вдается в детали о том, что эта не обычная гарвардская степень, а выданная филиалом, обслуживающим финансово обеспеченных кандидатов из развивающихся стран. Ее бывший профессор Гарвардского университета в настоящее время преподает в институте Назарбаева в казахстанской Астане.

Гульнара также может подтвердить, что свою стажировку она проходила в должности посла в Испании и делегата ООН от Узбекистана в Женеве. Оттуда она пригласила в страну целый ряд гуманитарных организаций и социальных служб, деятельность которых направлена на помощь узбекским женщинам, детям и молодежи, в особенности в области культуры и спорта.