Во время нашей короткой совместной поездки мне удалось выяснить, что он канадец, а она – японка, оба сюда приехали, чтобы взять заключительные интервью для документального фильма об аральских рыбаках. Больше они ничего не успели мне рассказать, потому что мы уже подъезжали к единственной в городе гостинице «Арал». Навстречу нам вышли две седовласые женщины в красных платьях: одна худая, как палка, другая – огромная, как фургон. Покосившись на нас, они молча закрыли за нами двери. Крупная женщина с тяжелым вздохом опустилась на стул в приемной; тощая продолжала стоять в дверях, с перекрещенными на груди руками, свирепо уставившись на нас.
– Три комнаты? – рявкнула толстуха.
– Двухместный номер на двоих для них и одноместный для меня, – сказала я.
– Это неважно, цена одна и та же, – проворчала она.
– У нас остались только двухместные номера. Каждый по цене 4000.
За каждый номер мы отдали по 5-тысячной банкноте, около 170 крон[9].
– У меня нет сдачи, – укоризненно посмотрела на нас портье так, будто мы в чем-то перед ней провинились.
– Тогда возьмите сдачу себе. – Мы слишком устали, чтобы настаивать на своих принципах.
Тощая женщина сняла с крючков два ключа и, пройдя мимо нас, исчезла на лестнице. Мы догадались, что нужно следовать за ней. Угрожающе заскрипели несколько ступенек. В коридоре мы прошли мимо дивана, который, вероятно, считался модным в период, когда умер Сталин. Ковровые дорожки, вероятно, не чистили уже как минимум лет 40, вряд ли их даже пылесосили. Потолок был покрыт ровным слоем черных пятен от плесени; кое-где осыпалась штукатурка.
Худая остановилась в конце коридора, нетерпеливо поджидая нас. Фыркнув, она протянула нам с канадцем по ключу, затем повернулась на каблуках и неспешно удалилась. Нужно признать, что хотя моя комната была просторной, однако на этом можно и закончить все положительные отзывы о номере 304 в гостинице «Арал». Вдоль зеленых стен мятного оттенка стояли две коричневые кровати. Они упирались в единственное окно, которое не закрывалось. В унитазе плавало довольно крупное насекомое, разновидность которого определить мне так и не удалось. Похоже, что оно пробыло там довольно долгое время. Я попыталась его смыть, но в ответ плохо изолированные трубы издали только громкое бульканье. Насекомое невозмутимо продолжало качаться в мелкой водной ряби. Ванная представляла собой нечто среднее между раковиной и душем, однако использовать ее в качестве ванной не представлялось никакой возможности – для этого она была слишком мала. Из заклеенного коричневой изолентой крана, вероятно, не пролилось ни капли еще со времен распада СССР. Как только я повернула ручку, из крана появилась тонкая струйка теплой воды, пахнущей канализацией. Душ принимать я передумала, отправившись прямиком в кровать. Матрац был жесткий, простыни пахли мокрой собакой. Я заснула как убитая.
Когда через несколько часов я проснулась, в ванной комнате было наводнение. Я быстро собрала вещи и вышла из номера.
– Завтрак включен, – проинформировала меня худая, когда я сдавала ключи.
Сославшись на встречу, которую никак нельзя пропустить, я выскочила на солнечный свет. Даже дневное освещение не в состоянии было преобразить серые, облупившиеся фасады гостиницы. Похоже, некоторые этажи в ней были полностью закрыты. Должно быть, в хрущевские времена гостиница была фешенебельной жемчужиной Аральска, выстроенной с использованием сверхмодного в те времена строительного материала – бетона и с современными диванами на каждом этаже.
Время не было милостиво к образцово-показательному городу эпохи социализма. Улица, на которой находилась гостиница, была запыленной и имела потрепанный вид. На дороге валялись битое стекло и пивные банки; в канаве лежали использованные иглы. Стоявшие на том месте высотки, казалось, могли в любое время завалиться. Позади разросшихся садов спрятались частные дома. Если бы в путеводителе черным по белому не было указания, то мне бы и в голову не пришло, что я нахожусь на улице Макатаева, самой главной в Аральске.
Я попыталась снова позвонить в организацию «Аральское море», но трубку там не брали. Мало того что они вчера вечером нарушили нашу договоренность, но вдобавок к этому моя поездка к Аральскому морю также зависела от них. Оказалось, что их офис находится по пути от гостиницы, но дверь там оказалась запертой, а свет был выключен. Я уже собралась уходить, как вдруг ко мне подбежал какой-то молодой человек. Остановившись, он протянул мне руку:
– Ты Эрика? Я Едиге из организации «Аральское море». Я так и подумал, что тебя здесь встречу. Приношу извинения, что вчера вечером не смог тебя встретить. У нас было так много гостей, и водитель смертельно устал. К тому же ему только сегодня об этом сообщили, у меня совершенно вылетело из головы. Но мы туда поедем, я обещаю, можешь мне доверять. – Он говорил быстро и беспокойно, ряд оправданий был длинным и непоследовательным.
