Подозрение упало на бывшего мужа убитой, однако улик против него не было, а местные жители в его виновность не верили. Вспоминая давние дела, они поговаривали о том, что в городке объявился маньяк.
А между тем нашли еще одну убитую женщину. Как и прежде пытались обвинить ее мужа, но у того было алиби. К тому же объявился свидетель: студент техникума видел, как за несчастной плачущей женщиной гнался незнакомец. Несмотря на ее мольбы о помощи, этот трус просто развернулся и ушел по своим делам. Однако теперь он дал примерное описание внешности убийцы, и оно не подходило к мужу жертвы.
Тогда следователи связали дела десятилетней давности и нынешние в одну серию. Предположили, что в период затишья преступник сидел в тюрьме. Проверили по базам. Оказалось, что в Гулькевичах проживает двое таких мужчин. Одним из них был Сергей Овчинников.
Милиционеры явились к нему в дом и допросили его жену Зою. Женщина разразилась рыданиями и принялась рассказывать поистине чудовищные вещи. Оказалось, что все эти годы Зоя знала, что ее муж – маньяк, но боялась рассказать об этом. Еще в 1982 году он подвел беременную Зою к трупу своей первой жертвы и пообещал, что сделает с ней то же самое, если она в чем-либо его ослушается.
Позже садист угрожал убить уже не только ее саму, но и их малолетнюю дочь. После убийств он приносил домой окровавленные вещи жертв и заставлял жену их отстирывать, а потом носить.
Зою осмотрели психиатры и диагностировали у нее серьезное нервное расстройство. Женщину поместили в психиатрическую клинику, обвинений ей предъявлять не стали.
Маньяка арестовали, когда он отправился в магазин за хлебом. Мужчина стоял в очереди и не подозревал за собой слежки. Оперативники под видом обычных покупателей зашли в торговый зал, окружили преступника, заломили ему руки и вывели из помещения.
Суд приговорил Овчинникова к высшей мере наказания.
Так называли Андрея Евсеева, который с осени 1974 по весну 1977 совершил 38 разбойных нападений. Преступный путь он начал в 19 лет. Свое прозвище Евсеев получил после того, как вечером 8 октября 1974 года в Москве на улицах, прилегавших к Таганской площади, трижды напал на женщин, одетых в яркие красные пальто: он ударял их ножом в лицо и выхватывал сумочки. Две жертвы скончались на месте, одна выжила.
Потом выяснилось, что это были не первые преступления маньяка: за месяц до этого он убил 16-летнюю школьницу в подмосковном Загорске (она тоже была одета в красное), а на следующий день – пожилого мужчину в Одинцово. У него мерзавец забрал 12 рублей, часы и авоську с продуктами: там лежала курица и три килограмма болгарских перцев – по тем временам дефицит.
Спустя месяц произошли новые нападения – в районе станций метро «Академическая» и «Пролетарская». На сей раз жертвы носили одежду разных цветов, не обязательно красную.
В те годы о подобных происшествиях газеты не сообщали, зато исправно работало «сарафанное радио». Настроение москвичей было тревожным.
Прошло еще три года, прежде чем маньяк был пойман, причем произошло это совершенно случайно: в апреле 1977 года в небольшом городке Хотьково Загорского района Московской области он убил женщину и совокупился с ее трупом. Накануне маньяк всю ночь пьянствовал на своем рабочем месте – в местной котельной.
Поутру отправился на поиски бутылки, чтобы «догнаться», и тогда заприметил жертву, направлявшуюся к железнодорожной станции. Шла она напрямик – через двор еще не открывшегося магазина. Там на нее и напал маньяк.
Но нашелся свидетель, который сообщил, что на месте преступления видел подозрительного гражданина в вельветовой куртке. Тогда вельветовые курки были в моде, но встречались они редко (дефицит!), поэтому разыскать подозрительного гражданина не составило труда: им оказался некий Шахнов. На нем действительно была та самая куртка, причем с пятнами крови. В кармане был обнаружен нож. Но Шахнов отнекивался: эту куртку ему подарили. Он подробно описал дарителя. Шахнову поверили: он не подходил под описание преступника, которое давали выжившие жертвы нападений.
Задействовали базу данных и по ней отобрали подходящих под приметы граждан. Фотографии показали жертвам – и они опознали 22-летнего Андрея Евсеева.
Маньяк был задержан. Но поначалу прямых улик против него не нашлось, а обыск на квартире задержанного был проведен халтурно. Помогли информаторы, подсадные «утки»: в разговоре с сокамерником Евсеев обронил странную фразу: «Матушка-то, небось, уже пирожков напекла с брюликами». Тот передал эту фразу следователям, и те, поразмыслив, сообразили, что кухню-то они не обыскали! Провели повторный обыск и в объемистом пакете с мукой обнаружили драгоценности жертв.
