«К 1 января 1944 года безвозвратные потери партизан по отдельным республикам и областям (без Украины) составили:
Карело-Финская ССР — 752 убитых и 548 пропавших без вести, а всего 1300;
Ленинградская область — 2954 (убитых), 1372 (пропавших без вести), 4326 (всего);
Эстония — 19, 8, 27;
Латвия — 56, 50, 106;
Литва — 101,4, 105;
Калининская область — 742, 141, 883;
Белоруссия — 7814 (убитых), 513 (пропавших без вести), 8327 (всего);
Смоленская область — 2618, 1822, 4400;
Орловская область — 3627, 3361, 7038;
Краснодарский край — 1077, 335, 1412;
Крымская АССР — 1076, 526, 1602;
Всего — 20 886 (убитыми), 8680 (пропавшими), 29 566 (всего).
К этому надо добавить, что в оставшиеся до конца партизанского движения 7 месяцев /1944 года — М. П./ советские партизаны понесли наибольшие потери. Это было связано с предпринятыми против них крупномасштабными карательными операциями с участием армейских соединений. Только в Белоруссии партизаны в эти последние месяцы потеряли 30 181 убитых, пропавших без вести и пленных, т. е. почти вчетверо больше, чем за предшествовавшие два с половиной года войны. Общие же безвозвратные потери советских партизан до конца войны, включая и тех, кто действовал на Украине, можно оценить как минимум в 100 тысяч человек».
Соколов, с. 119–120
Между тем, по данным Центрального ШПД на 1 апреля 1943 года на всей оккупированной территории СССР числилось 110 889 партизан — в Беларуси, Украине, Смоленской и Брянской областях. Цифры эти, судя по всему, «липовые», позже мы вернемся к этому вопросу.
В то время в Эстонии действовали 46 советских партизан (!), в Латвии — 200, почти столько же в Летуве. Попытки улучшить положение в Прибалтике ни к чему не привели.
